7 мая в зрительском буфете Большого драматического театра имени Г.А. Товстоногова собрались физики и лирики – в самом прямом смысле. Вторую встречу цикла посвятили взаимопроникновению строгой науки и свободного искусства. Ведущими выступили Татьяна Черниговская и режиссёр Андрей Могучий, а среди участников – предприниматель Юрий Алашеев, профессор РАН Андрей Иващенко и художник Дмитрий Булатов.
пресс-служба Большого драматического театра имени Г. А. Товстоногова
Фото:
По словам Татьяны Черниговской, наука напоминает ребёнка, который разбирает новую игрушку, чтобы понять, как она устроена изнутри. Мир уже существует и ничего от нас не требует – нам просто интересно узнать его устройство. А вот искусство занимается другим: оно создаёт миры, которых раньше не было. Человеческий мозг, в отличие от всех прочих, умеет порождать сюжеты, религии, науку – и эти выдуманные реальности порой важнее для нас, чем материальная.
Так в разговоре проявилась главная тема: как два способа познания – рациональный и чувственный – могут не враждовать, а дополнять друг друга.
Татьяна Черниговская объяснила, что настоящие научные открытия рождаются вовсе не из алгоритмов и не из приказов мозгу "думай". Они возникают на поле ассоциаций, когда человек вроде бы бездельничает, гуляет, плюет на всё – и вдруг спотыкается о ракушку. Именно поэтому мозгу нужна свобода бродить по разным областям: музыка, театр, балет – это не для кругозора, а потому что это другой, не алгоритмический тип мышления.
И здесь возникает тревожный вопрос. Если всё, что требует счёта, машины делают лучше людей (искусственному интеллекту уже скормили всё, что человечество написало за тысячи лет), то что нам остаётся? Черниговская отвечает: та территория, где все считают, уже не наша. Наши территории те, где работают не формулы, а неожиданные ассоциации.
Предприниматель Юрий Алашеев добавил, что само противопоставление физиков и лириков – пережиток эпохи Просвещения. Он заметил, что современная технологическая цивилизация уверовала в единственный – рациональный – способ познания. Но на самом деле мир постигается ещё и чувствами, ведь пережить любовь – это совсем не то же самое, что написать её формулу.
Разговор не пришёл к окончательному ответу, но обозначил главное: без искусства наука слепнет, без науки искусство рискует стать баловством. И вопрос не в том, кто главнее, а в том, как вернуть их к совместной работе.
