Воспоминания Алексея Леонова о первом выходе в космос

- На 8-й минуте выхода в открытый космос я почувствовал, что фаланги пальцев рук вышли из перчаток, да и ступни ног свободно болтались в сапогах, началась деформация скафандра. Я понимал, что не смогу войти в корабль при таком давлении. Я без разрешения сбросил давление, получил свободу, но не смог войти на борт ногами вперёд, как положено, скафандр увеличился в объёме – я держался только за счёт рук, правая рука была занята кинокамерой, а бросить её в открытый космос я не мог – это же результат всей работы! В итоге я правой рукой направил камеру в шлюз, ею же ухватился за леер (направляющие внутри шлюза) и решил идти головой вперёд, а потом развернуться, чтобы закрыть люк. Это было невероятно тяжело сделать, ведь в скафандре рост 1,9 метра, а шлюз в диаметре всего 1,2! Только представьте, как бы я начал докладывать по открытой связи на весь мир, что у меня проблемы. Я не хотел паники на земле. Всё равно мне никто не мог помочь».

- После возвращения на Землю на разборе полёта я объяснил свой поступок. После доклада на Землю мне бы задали много вопросов: что за проблемы? Я бы минут пять их описывал. После чего стали бы формировать комиссию, выбирать председателя, задавать мне вопросы, устраивать совещание, готовить доклад – и когда наконец-то озвучили бы решение, я бы уже умер. А у меня было полчаса на всё. И вдруг Сергей Павлович говорит: «Алёша прав». Тогда все захлопали, хотя ждали, что он меня как следует приложит». 

По словам Бекмамбетова, именно вам принадлежит идея снять фильм о знаменитом полёте «Восхода-2». Чем вас зацепила эта история?

Для меня история полёта Леонова и Беляева (совершил тот памятный полёт в качестве командира корабля «Восход-2». – Прим. ред.) – это история подлинных героев, о нехватке которых в современном кино и литературе так много говорят. То, что осуществил Алексей Архипович Леонов, нормальный человек сделать не может. Ведь это был выход вслепую: невозможно было просчитать всё до конца, и даже то, что у Леонова раздуется скафандр, никто не предвидел. Не будь с ним рядом Беляева, всё могло бы закончиться совсем по-другому. Как раз этими неизвестными деталями и неожиданными поворотами этой истории и хочется поделиться. Я заболел ею, увидев документальный фильм про жизнь Алексея Архиповича. Уверен, что Голливуд давно бы воспользовался ей, если бы это была их победная страница.

Леонов выступает консультантом нового фильма. Какой он в личном общении?

Помню нашу первую встречу с Леоновым. Он ждал меня в своём доме в Звёздном городке, а я опаздывал на целых 3 часа – в тот день были дикие пробки. И вот наконец-то подъезжаем. Перед нами стоит высокий, ровный, красивый человек в спортивном костюме и блестящих кроссовках PRADA. Спутать его с кем-то было невозможно – это был Леонов. После той и нескольких других наших встреч я понял, почему именно этого человека Королёв назначил выходить в космос. Поражает внутренняя свобода, которая чувствуется в мыслях и оценках Алексея Архиповича. Он бывает резким, ему свойственно идти напролом, но как раз это и отражает его судьбу. Думаю, именно свободолюбие, что нетипично для советского офицера, помогло ему тогда вернуться на корабль: любой другой на его месте не рискнул бы нарушить инструкцию, а следовать ей в той ситуации было бы верной смертью.

Страшно, наверное, играть живую легенду?

Конечно, я ощущаю свою ответственность перед Алексеем Архиповичем, ведь у меня перед ним абсолютный пиетет. Такая же история была с Солженицыным: ещё при жизни писателя я фактически должен был сыграть его в сериале «В круге первом», ведь именно себя Александр Исаевич описал в Глебе Нержине. Сложность заключается в том, что в художественном кино всегда есть повороты, которые драматургия требует заострить. При этом человек не всегда готов принимать художественную условность в отношении себя. Но Алексей Архипович интеллигентный человек и понимает, что кино – это во многом вымысел, способ достучаться до сознания зрителя.

Почему вы решили выступать ещё и как продюсер?

Все просто: продюсер – значит ответственность. Мне очень захотелось самому рассказать эту историю, и я стал думать, с кем это можно сделать. Это касается идеи, поиска режиссёра, актёров и, конечно, финансов. Страшно? Конечно! Но что же я, в кусты? Нет уж! Я ведь играю Леонова, а значит, всё по полной – ва-банк!

К космическим перегрузкам вы готовы?

В фильме будут сцены подготовки космонавтов. Технология съёмки ещё обсуждается, но в любом случае это будет серьёзная физическая нагрузка. Поэтому я, как всегда, хожу в спортивный клуб, а перед съёмками увеличу интенсивность упражнений. Не для рельефа и бицепсов, а для общей физподготовки.

Почему решили остановиться на Юрии Быкове?

Это жёсткая история, не разлюли-малина – она требует особого взгляда. Поскольку рассказчика у нас в фильме не будет, ключевой становится фигура режиссёра, то, как он увидит и покажет эту историю. Зрители должны прочувствовать, что эти два мужика испытали и в каких условиях. И мне кажется, что выбор в качестве режиссёра Юрия Быкова – идеальный вариант, ведь он сам такой, как наши герои. И ему тоже пора выйти в космос, приоткрыть форточку мира. Мы не хотели, чтобы на его месте был человек, набивший руку в масштабном кино.