События новых серий развиваются более чем через 10 лет после второго сезона. Бывшая звезда ситкомов Валери Чериш, пытавшаяся вернуться в шоу-бизнес с помощью собственного реалити-шоу, теперь снимается в новом сериале (сценарий которого пишет искусственный интеллект) и всё ещё пытается осуществить свои голливудские мечты.
Что заставило вас вернуться к проекту?
– Я люблю играть. Быть актрисой, работающей по контракту, – это так здорово. У меня больше нет продюсерской компании, поэтому я очень ценю возможность быть просто частью команды. У меня не было никаких сомнений, и мне не пришлось задаваться вопросом, стоит ли снова вылезать из дома, чтобы сниматься в этом сериале. Валери Чериш очень важна для меня. Я очень горжусь этой работой. Вероятно, это лучшее, что я когда-либо делала.
Легко было вернуться к роли Валери спустя столько лет?
– Валери мне очень близка. Возвращаться к ней было несложно, это даже происходило уже скорее инстинктивно. Хотя иногда мне приходилось следить за тем, чтобы она не слишком рассердилась, потому что тогда это уже не она, а я.
Как изменилась ваша героиня?
– Ну, во-первых, она постарела на десять лет. Она получила премию "Эмми", у неё были какие-то планы, перспективы, но ничего не вышло. Она стала закалённее, но всё ещё отчаянно нуждается в работе. Мы встречаем её в состоянии растерянности, в котором она пребывает уже не первый год.
Валери кажется сильной даже в неприятных или унизительных ситуациях. Так ли это на самом деле?
– Думаю, да. Это своего рода сила. Я всегда думала, что хорошо её понимаю, и мне казалось странным: неужели она настолько заблуждается, что полностью верит в ту реальность, которую сама же и создаёт? Я много об этом думала. Почему это не причиняет ей боли, а другим причиняет? Но я ею восхищаюсь. Она как Фиби (героиня Кудроу из сериала "Друзья". – Прим. ред.): "Вот так я вижу мир, и вам необязательно со мной соглашаться".
В сериале есть отсылки к вашей собственной карьере, иногда упоминается сериал "Друзья". Это было сделано намеренно?
– Мы ничего не могли с этим поделать. Мы снимали на съёмочной площадке "Друзей", и шутки на этот счёт были понятны. Валери даже не смотрит на название сериала на табличке, только на фильмы, и говорит что-то вроде: "Мы станем первым большим хитом на 24-й съёмочной площадке". И, конечно же, "Друзья" уже им стали.
Как вообще задумывался этот проект?
– Это должно было быть чем-то вроде решающей битвы или великого испытания для Валери, чем-то масштабным. И таким испытанием стал искусственный интеллект. Сейчас каждый создаёт своё собственное реалити-шоу в социальных сетях. Камеры находятся у нас дома. Те же самые устройства, которые продюсеры раньше устанавливали в спальне или на кухне, теперь мы устанавливаем сами. Мы добровольно следим за собой.
То есть можем ли мы говорить о том, что если когда-то реалити-шоу были угрозой для сериалов, то сегодня сложилась похожая ситуация в отношении искусственного интеллекта?
– Да, так же, как реалити-шоу когда-то чуть не стали причиной исчезновения сериалов с прописанным сценарием, я сейчас испытываю ощущение чего-то подобного в отношении искусственного интеллекта.
Вы считаете, что искусственный интеллект способен полностью изменить киноиндустрию?
– Искусственный интеллект, безусловно, сильно влияет на мир в целом. В какой же степени он коснётся этой отрасли, я не могу сказать. Но я твёрдо убеждена, что публика всегда знает, что ей нравится, а что нет. Возможно, контент, созданный с помощью ИИ, будет успешным, но он не заменит всё.
Почему вы посвятили свою жизнь тому, чтобы смешить людей?
– Иногда меня спрашивают, какая именно патология заставляет меня хотеть смешить людей. Но это не имеет никакого отношения к патологиям. Просто нет ничего лучше, чем смешить людей. Это исцеляет, это очищает. И, кроме того, это не тешит эго. Самое лучшее на свете для нас самих – это делать что-то для других.
Как вы считаете, откуда у вас чувство юмора?
– Из моей семьи. Все они большие юмористы и любят пошутить и посмеяться. В моей семье это всегда был способ справиться с трудностями. Всегда находилась возможность пошутить, даже в сложные времена. Это отдушина.
Какого комедийного персонажа вы хотели бы сыграть?
– Наверное, Фрейзера. Не знаю почему, но я всегда об этом думала.
Как бы вы справились с кризисом, подобным тому, который переживает ваша героиня?
– Наверное, так же. Сделала бы глубокий вдох, попыталась взять себя в руки и продолжала бы работать. Было время на съёмках "Друзей", когда казалось, что всё против нас. Может, из-за того, что нас слишком часто показывали на экране. И мы решили сосредоточиться на единственном, что могли контролировать, – на качественном выполнении своей работы.
Что вам помогло справиться с испытанием славой?
– Моя семья и терапия помогли мне понять, что нужно быть в гармонии с собой. Многие считают, что, когда тобой восхищаются, ты чувствуешь себя любимым. Но это так не работает.
Как изменился Голливуд с той поры, когда вы только начали снимать этот сериал?
– Раньше в сценарных группах могло быть очень жёстко. И я думала, что в каком-то смысле людям нужно выплёскивать эмоции. Главное, чтобы это происходило за закрытыми дверями... Но теперь всё более сдержанно. Эго лучше сдерживают, потому что конкуренция очень высока. Ведь работа больше никому не гарантирована.
Как вам работалось с собственным сыном?
– Это был особенный опыт. На самом деле были моменты, когда я забывала, что он мой сын, и просто видела в нём ещё одного актёра. И это, как мне кажется, говорит о том, что он справился хорошо. И, конечно, было здорово видеть его в том месте, которое является частью моей собственной истории.
Планируется ли продолжение сериала?
– Нет, это трилогия.
Хотели бы вы вернуться к другим проектам в новом, цифровом виде?
– Это возможно. Это интересно, потому что сейчас появились новые способы рассказывать истории, которых раньше не существовало. Думаю, всё зависит от того, насколько удачной будет сама идея.
