Вывески у чайной "Нитка" на Большой Ордынке ещё нет, но сведущие люди уже знают: в  культурном центре, который носит имя поэта Андрея Вознесенского, его тёзка разливает чай. Пока напиток заваривается, 34-летний Андрей Колбасинов рассказывает Metro:

– В дореволюционной Москве было около 400 чайных совершенно разного уровня: от описанных у Гиляровского чайных для рабочих до чайной Общества трезвости, больше похожей на ресторан. В садах были чайные беседки, в домах аристократов – чайные комнаты. У англичан five o’clock tea, а в Москве самоварные трубы начинали дымить в 4 часа, потому что весь город садился пить чай.

Колбасинов родом из Тулы и, конечно, привёз оттуда пару самоваров. Большой латунный красавец выполняет роль, аналогичную кувшину с фильтр-кофе в кофейнях. Самовар с фирменным чаем "Русский караван" стоит на ящичке с устройством, поддерживающим температуру напитка не выше 75 °С.

– Проблема чая "с собой" в том, что сначала ты долго ждёшь, пока его приготовят, а потом – когда он остынет, – поясняет туляк.

Названия чая и заведения отсылают к российской истории. Задумав восстановить в России чайные, Андрей Колбасинов прочитал в дореволюционном словаре чайной терминологии, что нитками называли караваны верблюдов, на которых до открытия Суэцкого канала в середине 19-го века в Россию возили чай из Китая.

– По дороге, которая занимала год, чай "прокапчивался", потому что по ночам люди разжигали костры, чтобы согреть животных и волков отпугнуть, – рассказывает собеседник Metro. – "Русский караван" – это смесь китайских чаёв, которую мы коптим в Москве на саксауле – дереве, растущем там, где шли караваны.

Готовят чай в "Нитке" в современных чайных колбах, а подают в стаканах с винтажными подстаканниками, которые Андрей Колбасинов коллекционирует.  С улыбкой он добавляет:

– Русское чаепитие – это наше ДНК. Оно про близкий круг, про доверие. Это антагонист американского одноразового стаканчика "с собой".

"Наша идея – представить, как выглядела бы локальная чайная, если бы не было революции и войны".
Андрей Колбасинов, 34 года, основатель первой русской чайной в Москве