Реставратор Елена Янковская собрала 400 вееров. В течение многих лет ей везли разно-
цветные опахала со всей Японии.

– Когда-то я познакомилась с японской актрисой из театра кабуки, показала свои работы – отреставрированные веера, – говорит Елена. – Актриса вернулась к себе на родину и рассказала обо мне своим знакомым. В Петербург стали приезжать её друзья, друзья друзей, и все дарили веера. Я просила указывать, кому принадлежали аксессуары, и рассказывать о их предназначении. В результате сложилась обширная коллекция.

Веер с маршрутом восхождения на гору Фудзи Елене подарила русская эмигрантка Вера Афанасьева. В 1952 году она стала одной из первых женщин, совершивших восхождение, и этот веер был приобретён у подножия. В коллекции есть храмовый веер. Таким аксессуаром не обмахиваются – их монахи выбрасывают в толпу прихожан во время особых праздников. Считается, что человека, который поймает символ, обойдут стороной болезни.

– У меня в коллекции есть праздничные и сценические веера, – продолжает Янковская. – А также специальные аксессуары для чайных церемоний – на них выкладывается угощение. Мужской веер от женского отличает более аскетичное оформление. Как правило, на мужском опахале изображаются волна и рыбы – это символ стойкости.

Кроме коллекции реставратора Янковской на выставке в Музее «Русский Левша» представлены работы петербургской художницы Натальи Максимовой. Более 30 лет она путешествует по Японии и пишет картины – пейзажи и портреты своих знакомых японцев.

Ольга Юркова

Ольга Юркова

Ольга Юркова
сотрудник Музея
«Русский Левша»:

– Когда-то я преподавала русский язык в университете японского города Цукуба. Привезла оттуда много милых и дорогих сердцу вещиц, редко доставала их из коробки. Эта выставка стала поводом вспомнить волшебную Японию и друзей, которые там остались.
Самый ценный экспонат мне преподнесла оперная певица, я обучала её русскому языку. Мы подружились. А когда контракт закончился и я собралась обратно в Россию, она пришла ко мне с подарками – преподнесла очень дорогое кимоно с ручной росписью и множество аксессуаров: обувь, носочки, сумочку, веер. Чтобы надеть кимоно, я трачу три часа.
Педагог университета подарила мне личную печать – такая есть у многих японцев. На документе они ставят оттиск вместо подписи. Когда спустя 25 лет я открыла пропитанную чернилами подушечку для печати, оказалось, она не высохла!