В отечественном прокате стартовала нашумевшая за рубежом "Зоология" Ивана И. Твердовского, а в начале следующего года картина выйдет в США и Великобритании. Мы встретились с 27-летним режиссёром и обсудили этот странный фильм о хвостатой женщине, который уже завоевал два приза на "Кинотавре", представлял Россию на международных кинофестивалях в Лондоне, Цюрихе и Торонто.

Почему Иван И. Твердовский? 
"И" как император. (Смеётся.) Шучу, конечно. Мой отец  – режиссёр – тоже Иван. Чтобы выделяться, я добавил букву "И", это как часть имени. 

Давайте поговорим о "Зоологии". С чего началась работа над картиной?
С метафоры инаковости. Все мы разные, все мы хотим разного, а от нас требуют ходить одним строем, вести себя одинаково. Сначала у меня была только идея, что у человека вырастает хвост, и понимание, у кого он вырастает – у Натальи Павленковой. Хотел написать кино именно под неё. Мы с ней познакомились на съёмках моей дипломной работы “Снег”. Потом я снял её в “Классе коррекции”. Другие артисты меня не вдохновляют.

История действительно интимная, не для каждого зрителя. Особенно сцена секса с хвостом – как-то неловко становится, хочется отвернуться от экрана. Почему вы решили сделать хвост из человеческой кожи? Почему он не пушистый, красивый? Почему он напоминает мужской половой орган?
У нас у всех большие проблемы с сексуальностью – у всех есть какие-то свои фантазии и комплексы. Почему-то все в хвосте видят член. Я не мог человеку приделать кошачий или заячий хвост. Мы же не задаёмся вопросом, почему у лисы половые органы выглядят иначе, чем у человека. Если был бы хвост у человека, то он выглядел бы так, по моему мнению. Я уверен, что он не был бы с шерстью. К хвосту в Наташи Медведевой быстро привыкаешь – через 20 минут он уже не смущает. Есть какой-то кич в том, что он резиновый.

То есть вам не нравится, что кинокритики коротко окрестили “Зоологию” фильмом о русской женщине-кошке?
Это придумал человек, который не любит кошек и у которого их никогда не было. Мне также непонятно, почему называют “Зоологию” ремейком “Человека-амфибии”.

У меня есть своя трактовка, почему героиня отрезает хвост. Наташа рассчитывала, что общество примет её такой, какая она есть, а после того, как рентгенолог занялся любовь не с ней, а с хвостом, она поняла, что общество не принимает её. Отрезая хвост, она становится, как все.
Героиня не настолько глубоко копает. Хвост меняет её жизнь – даёт ей новые отношения. Поначалу всё хорошо. Хотя её не принимают остальные, благодаря хвосту она стала знаменитой. Её все любят как Изабель Юппер. В какой-то момент всё рушится. Она осознаёт, что все её любят не за то, за что она хотела, чтобы её любили.  Это не просто сцена секса. Нельзя сказать, что её просто не возбудило, что рентгенолог положил ей хвост в рот. Они на разных полюсах. Наташа привлекает рентгенолога как женщина с необычным рудиментом. Когда она понимает, что всё упирается в хвост, ей становится неинтересно. Все остальные мыслят в той же плоскости. Для них Наташа – это та, у которой есть хвост. Это приводит к тому, что она противостоит всем, даже матери. У неё нет другого выбора. Если врачи не могут отрезать хвост, она сама его отрежет.

Сомневаюсь, что сев на нож хвостом, можно его отрезать.
Мы не знаем, действие же обрывается. Может, она десять раз на него села, а после этого взяла и топориком его отрубила? Финал не очень эмоциональный. Режиссёры обычно выстраивают финал так, чтобы подвести к искусственному катарсису. В “Зоологии” есть нагнетание ситуации до определённой точки и её разрешение в спокойной и холодной манере. Поначалу это собьёт зрителя, но именно это не даёт ему дышать – из-за этого он часами думает о фильме. Возможно, кино даже приснится ему. На следующий день он переоценивает увиденное.    

Вы говорите, что это незрительский фильм, почему же тогда зрителю стоит увидеть его?
На “Зоологию” нужно идти не за развлечением. Стоит идти, только если вы готовы на разговор с самим собой. Вероятно, нагло прозвучит, но это кино поможет сдвинуться с мёртвой точки. Вас может тошнить от фильма, но фильм вызовет вас на разговор с самим с собой.

Вам важнее, что скажут кинокритики или зрители?
Мне неинтересно, что пишут критики. Они возомнили себя учителями: берут тетрадочку Твердовского, подчёркивают ошибки и ставят ему красной ручкой двойку. Потом моих родителей в школу позовут? Всё это меня безумно бесит. Если бы у нас существовало киноведение как институт, мне было интересно заглянуть в профессиональный разбор фильма. Многие критики считают, что они умеют это делать. Но это сплошное лицемерие.

Критики хвалят “Зоологию”.
Я нормально отношусь к отрицательным отзывам. Главное, что скажут зрители. Я буду читать зрительские рецензии на Кинопоиске.

На протяжении всего интервью не могу оторвать взгляд от вашей татуировки. Это вороны?
Больше похоже на грачей, но на самом деле это голуби. Они сидят на проводах, а один из них улетел. Думал, ещё добавить, что от улетающей птицы что-то вниз капает на остальных. Она – это я, а все остальные – это все остальные. Голубь – символическая птица, без половой принадлежности. Честно говоря, всегда презирал татуировки. Меня тошнило от людей, которые любят тату. Наверное, потому что я был маленький, не понимал их значения. И вот однажды мне захотелось. Я сделал эскиз. Подождал год. Всё равно хотелось сделать, причём именно по этому эскизу. Живу с ней прекрасно.