Гимназистка Кира Аллендорф вела свой дневник в 1916-м, позже она станет свидетельницей революции, переживёт Великую Отечественную войну, высылку брата во Владимир. Советская школьница и спортсменка Таня Костарева делала записи в 1966-м, на её век выпала перестройка. У нашей современницы всё ещё впереди. Газета Metro приводит отрывки из их дневников.

                                                           Кира Аллендорф

11 лет, ученица московской гимназии

Девочка жила на Чистых Прудах с отцом, мамой, братом и сестрой. записи Киры, которые она вела с 1915 по 1922 год нашёл её муж, разбираясь в шкафу уже после смерти автора дневника. Спустя несколько лет их перепечатали и опубликовали в блоге «Сказки Олифанта».

Весь 1916 год наполнен у гимназистки приятными ожиданиями, иногда их омрачают корь и простуда.

О нянях. 17 мая. Кажется, 12 марта мама рассчитала няню, потому что она была очень дерзкая. Мама нашла другую няню. (...) Потом всё шло, как всегда, только няня отказалась и пришлось искать другую; мама долго искала и нашла старую-престарую.

О школе. 19 мая. У нас занятия кончились 13 мая, я как раз была больна корью. Балльника (табель с оценками. – Прим. ред. ) у меня ещё нет, но папа сегодня звонил по телефону, и классная дама сказала, что балльники выдадут завтра; потом она сказала папе, что у меня нет ни проверок, ни переэкзаменовок; я страшно рада! 

О брате. 13 июня. С Шурой хотела сделать лук и стрелы; мы пошли в лес. Я уже выбрала берёзку, как вдруг над нашими головами начали летать птицы и пищать. Шура испугался; я уже хотела срезать берёзу, как вдруг Шура завизжал и побежал со всех ног домой; я бросилась за ним и спросила что него, оказалось, что птица сделала ему на голову по-большому. Я страшно смеялась!

О покупках. 5 июля.
30 июня я с папой поехала в Москву смотреть велосипед. Мы уехали из Бутова без четверти девять. В вагоне были места, и мы сели. Когда мы приехали в Москву, то мы хотели поехать прямо в магазин «Блик», но трамваев и извозчиков не было, и мы долго шли пешком, но, наконец, извозчик показался, мы сели и поехали. В магазине велосипед был очень хороший, и папа его купил.

О подружках. 19 декабря. Я хотела пригласить к себе Шепелеву, Баскакову и Шреттер, но Шепелева не пришла, потому что она пошла к родственникам; Баскаковой я звонила по телефону и не дозвонилась, потому что её не было дома, а Шреттер пришла. Валя Шреттер пришла 6½ часов, мы обедали, Валя не обедала с нами. После обеда мы начали играть в жмурки, потом смотрели Шурин микроскоп, потом пошли в гостиную стрелять; когда мы кончили стрелять, мы пошли пить чай.

О театре. «Фауст» мне очень понравился, гораздо больше, чем «Жизнь за царя». Кончилось очень поздно, в 12 часов. Во время одного из действий артист, который играл Фауста, заболел, и надо было ожидать, покамест другой пришёл и заменил его. Дядя Эря в театре мне подарил коробку шоколада.

                                                                Таня Костарева

16 лет, ученица советской школы

Дневники девушки нам в редакцию прислала её дочка. За полвека страницы Толстой тетрадки пожелтели, но на них сохранились  впечатления Тани, а между страничек – высушенные цветы, записки от одноклассников и билеты в кино.

Таня делает успехи в спортивной секции. А в свободное время помогает однокласснику Володе подтянуться в учёбе.

Про семью. 27 января. Ну вот, опять с мамой поссорились. А из-за чего? Снова из-за ерунды: она меня звала кушать, а я долго не шла. Она начала кричать (но несильно: у неё очень громкий голос), а я – в слёзы. (...) В школе мальчишки начинают драться, шутя, конечно, я даю сдачи, часто не шутя, но они терпят. А есть и такие: подойдёт, стукнет, а дашь сдачи, так он (настоящая неженка!) начинает по-настоящему. Я заставляю себя не разводить мокроту от всех этих издёвок, терплю, потому что каждый учитель тогда будет допытываться, почему я заплаканная. Ну а дома по каждой мелочи (чтобы была причина) выплакиваю школьные слёзы.

Про подарки. 10 марта. Ну вот, пришло 8 Марта. Не такие уж и плохие у нас мальчики. Сделали нам подарки: заводных курочек, котят, пропеллеры, а мне, как проболтался Комарик, чудесного заводного мишку. Какой же он миленький! Комарик не выдержал и сказал, что мишку купил Володя: «Я сам буду своей учительнице подарок покупать», – заявил мальчишкам. (...) Маме мы подарили фартук, который сами вышивали: я, Ольга и бабушка. Мама привезла нам с Ольгой шапки, такие красивые. Все говорят, что мне очень хорошо в этой шапке. А Ольга свою не хочет носить, вот фокусница!

Про книги. 16 марта. Читаю  «Дорога уходит в даль». В третий раз читаю, а кажется, что в первый. (...) Слёзы сами наплывают, когда Саша сквозь плач допытывалась у папы, почему так, почему Юлька хиреет в подвале, почему Франка, Колька и Антось голодают, почему «кулак» может бить старую Хану.

Про любовь. 7 апреля. Сегодня на физкультуре Комарик подходит и даёт мне бумажку. Я сначала рассердилась, думала, это список, который ему дали на хранение, развернула, и оказалось, что это мне адресованный стих (интересно, собственного сочинения или списанный?). Даже Ичка наша мелководная упомянута. Интересно, как он в ней топиться собирается?

Про увлечения. 26 мая. В этом месяце ездили заниматься в Сокольники на искусственный лёд. Завтра последнее занятие: каток почему-то закрывают. Как жаль! Я и Валя сшили себе из купальников платья, а Ольга не успела. Всем очень  понравилось. 

                                                                       Юка

16 лет, учится в столичном колледже

Девушка ведёт свой дневник на ресурсе «Фрагменты», где можно делать записи, сохраняя анонимность. Юка даже своих друзей обозначает только первыми буквами их имён. Единственное, в чём не удержалась школьница, – в кличке кота. его зовут Пит, и она его очень любит.

Юка живёт в Москве с мамой и отцом, страдает от переедания на ночь и аллергии на кошачью шерсть, но от питомца Пита она избавляться не хочет. 

Про увлечения. 10 августа. Играла в Sims 3, поела, немного полежала, потискала кота. О. не звонила и не писала, может, и не пойдём никуда сегодня.

Про кота. 11 августа. Проснулась, папа выбесил насчёт аллергии на шерсть. Я же сказала, что не избавлюсь от него! Так что пусть талдычит хоть целыми днями, ибо я скорее вышвырну его, чем кота. Да, вот такая я жестокая. Но папа сможет позаботиться о себе, а мой кот – нет. Так что выбор очевиден. Ем мороженку и размышляю о планах на день. Может, позвать О.? Но лениво как-то... Ладно, подумаю ещё об этом.

О развлечениях. 11 августа. Ездила с О. в ТЦ «Московский», смотрели «Отряд самоубийц». Боже мой, я чуть не разрыдалась в некоторых моментах! Прониклась героями, как... как не знаю кто. В конце с О. немного разругались, но это ладно, наши стычки всегда заканчиваются хорошо. Ем курочку с рисом и читаю «Обломова». У него намечается роман с некой Ольгой... Боже, этот комок людских пороков и крутит роман?! Если уж Обломов получит Ольгу в жёны, то я попробую стать смелее. Да!

Об учёбе. 7 сентября. Я начала учебный год с пятёрок – это победа. Поем и сяду за домашку. 

О школе. 27 октября. Ненавижу делать домашнюю работу. Учишься в школе половину времени, учишься дома оставшуюся половину времени. И ничего не успеваешь. Совсем. Узнала о школе Саммерхилл в Англии, теперь хочу туда. Чувствую, первую неделю буду просто валяться дома, а потом... скорее всего, пойду на занятия. На те, которые мне интересны. И тогда я буду счастлива. Как же я хочу уехать.

О мальчиках. 19 декабря. Сегодня случилось много всякой приятной фигни, но обо всём по порядку. Итак. Я с Р. пошла в Мегу, познакомилась с её братом (до сих пор не в курсе его имени, лал) – постоянно хихикила, ибо нервное. Не привыкла общаться с парнями. Совсем. 

Об отце. 20 декабря. Ненавижу, когда убираются в моей комнате. Мне плевать, что вы считаете, что «здесь грязно», мне нормально! Хватит уже лезть в моё личное пространство! Вечно я кругом виновата. Неправильно веду себя, неправильно учусь, неправильно живу... Очевидно, неправильно умру. Как он меня раздражает!