О чём спектакль

 

Повесть "Палата №6" считается вершиной творчества Чехова, а само выражение стало уже нарицательным. Его произносят, когда хотят подчеркнуть ненормальность ситуации, общества. А смысл произведения выходит далеко за рамки темы больницы и медицины.

Главврач провинциальной и захудалой психиатрической больницы Андрей Ефимович Рагин (Сергей Курышев) не в силах никак улучшить ужасное положение лечебницы, а сам он "выгорел", потеряв интерес и к пациентам, и к профессии. Одинокий и страдающий от однообразия и бесполезности своего занятия, доктор как-то раз посещает палату №6 для душевнобольных и неожиданно для себя находит там умного и интересного собеседника – бывшего судебного пристава Ивана Громова (Игорь Черневич).

 

В чём особенность

 

Лев Додин далеко не впервые обращается к творчеству Чехова. В разные годы режиссёр поставил почти все его пьесы, а некоторые – и дважды. Последняя работа – "Чайка" – выпущена в прошлом году. И всё же чувствуется, что эта постановка стала особой в творчестве мастера: такое

внимание к каждому персонажу, детальную проработку атмосферы спектакля, молчаливый диалог со зрителем редко встретишь у режиссёров.

Большую роль играет окружающее пространство. Главной декорацией тут стала решётка. Толстая чугунная – во всю стену, она отгораживает всех героев от зрителей. Поначалу кажется, что она вот-вот откроется, но нет. Даже для поклона зрителям актёры не покидают её границ. "Вторят" воротам и ржавые железные ванны, разбросанные по всему внутреннему двору больницы. Там то ли хранят картошку, то ли вовсе используют их как кровати.

Параллельно в течение почти всего действия слышится монотонный повторяющийся звук шарманки, тоже играющий свою роль, – он как будто "сводит с ума".

У каждого пациента своя судьба и трагедия: бывший судебный пристав Иван Громов страдает манией преследования; у еврея Мойсейки (Михаил Самочко) сгорела шапочная мастерская; офицер (Сергей Козырев) воображает, что награждён медалями и орденами, и он хочет ещё.

 

Впечатления зрителя

 

Основную часть времени перед нами диалог двух философствующих мужчин – доктора Рагина (внешне очень напоминает самого Чехова – та же бородка, то же пенсне и жилет) и Ивана Громова. Игра актёров завораживает, их слушаешь, ловя каждую фразу, – столько правды и боли в каждом слове и жесте. А это ощущение надвигающейся катастрофы и мучительного одиночества всех героев, кроме разве что санитарки Дарьюшки (Татьяна Рассказова) – браво и актёрам, и режиссёру.

Конец: Рагина объявляют безумным, и он тихо прячется в ванной, умирая. Трудно придумать финал логичнее.

Перед нами Чехов как он есть – с его точным анализом русской действительности, но без "чтения морали" и категоричных выводов,  зрителю позволено их сделать самому. Тем логичнее стало отсутствие антракта – спектакль смотрится на одном дыхании, и буквально "приходишь в себя" во время поклона.

Додин филигранно переосмысливает Чехова, ищет ответ на вопрос: как же жить и мыслить там, где ничего не меняется к лучшему (имущество больницы разворовано, пациенты запуганы донельзя, а медработники безразличны ко всему). Видеть дальше своего носа и мыслить шире – вот что всегда было и будет важно для нашего общества во все времена.