В основе спектакля режиссёра Романа Габриа – история сложного брака Людовика XIII и Анны Австрийской. На этом фоне разворачиваются приключения молодого д’Артаньяна, приехавшего из Гаскони в Париж и по воле случая втянутого в придворную интригу с подвесками.
"Роман Дюма – это учебник добра и чести"
Голосом Михаила Боярского говорит отец мушкетёра.
– Я практически не бываю в Театре имени Комиссаржевской, – рассказал Михаил Сергеевич. – Но когда режиссёр Роман Габриа предложил озвучить роль отца д’Артаньяна, сразу согласился. Произведение Дюма я знаю достаточно хорошо. Этот роман – учебник добра, дружбы, чести и достоинства. Д’Артаньян во мне давно умер – в связи с возрастом. Роль отца сейчас нравится больше. Это завещание, которое отец передаёт своему сыну. Оно трогательное и сентиментальное, в нём нет лишнего пафоса. Приятно принимать участие в постановке с позиции человека, который прожил жизнь и даёт наставления тем, кто делает свои первые шаги. Мысленно нахожусь на сцене, хотя уже не существую. Я остался только в воспоминаниях д’Артаньяна. Как мне кажется, новый спектакль украсит афишу нашего города, а я буду гордиться, что имею косвенное отношение к этой истории.
Алена Бобрович, "Metro"
Фото:
Маленький суфлеёр
Для Театра имени В.Ф. Комиссаржевской участие Михаила Боярского имеет особое значение: отец и дядя актёра служили в этом театре.
– Здесь прошло моё детство, – рассказал Михаил Сергеевич Metro. – Коляска со мной маленьким стояла в гримуборной, я ползал по сцене, делал на ней первые шаги. Все актёры были для меня тётями и дядями. Особенно дружил с дядей Ваней Дмитриевым (широкому зрителю актёр известен по роли капитана в фильме "Полосатый рейс". – Прим. ред.). Знал наизусть все детские и взрослые постановки, во время спектаклей подсказывал актёрам текст: проговаривал фразу ровно перед тем, как они должны были её произнести. За что мой отец, Сергей Боярский, получал замечания от руководства.
Сейчас Михаил Боярский вспоминает Театр им. Комиссаржевской как свою большую театральную семью.
– Я посмотрел старые фотографии в фойе театра и понял, что я всех помню, – продолжает Михаил Сергеевич. – Родители брали меня с собой на гастроли, мы все вместе завтракали, обедали, ездили в поездах. Я был своим практически в каждой гримёрке. Помню, как в театре появилась Алиса Фрейндлих, она играла беспризорника в спектакле "Светите звёзды". Я влюбился в Алису Бруновну сразу, постоянно заходил к ней в гости в гримуборную.
Алена Бобрович, "Metro"
Фото:
Театр на фотографиях
По словам народного артиста, именно на сцене Комиссаржевки он мечтал играть после окончания театрального института.
– Пришёл к худруку Рубену Сергеевичу Агамирзяну, а он мне и говорит: "Нет! Хватит мне двух Боярских", – вспоминает Михаил Сергеевич. – В результате я оказался в Театре имени Ленсовета, где до сих пор работаю. И не жалею. А сюда вернуться рад. Хотя мне немного грустно, здесь всё другое: половицы не скрипят, нет запаха кулис, в которых я бегал. Мой театр остался только на старых фотографиях.