Факты
На премьере фильма Харатьян был с сыном Иваном и супругой Мариной Майко

• «Семья – мои соратники, соучастники, они в курсе всего, – говорит Дмитрий. – И им понравился фильм». 

• «Когда проходили съёмки на Мальте, Иван наблюдал за сценами с пиратами и захватом корабля, – рассказал Харатьян.  – Он был в восторге».

Картина рассказывает о героях современной России, которые благодаря чуду и мобильному телефону переносятся в начало ХIХ века, попадая то в русское поселение Форт-Росс (недалеко от Сан-Франциско), то в Санкт-Петербург, где зреет декабристское восстание.

Как родился этот проект?
– Дмитрий Полетаев, мой однокурсник по Щепкинскому училищу, рассказал мне про Форт-Росс в 2008 году. До этого я как-то плохо знал про русскую Америку. Мы решили сделать кинематографический проект, Дима написал роман о Форт-Россе, по мотивам которого мы и сняли этот фильм. А параллельно ещё и документальную ленту про русскую колонию в Америке. Это тема, в которой я живу последние пять-шесть лет.

Тема русской Америки связана с вашей семьей...
– Да, мой прапрапрадед Степан Петрович Гомзяков участвовал в российско-американской компании под руководством Николая Резанова и Григория Шелихова. Это они собственно открыли Аляску, Гавайские острова и Форт-Росс. Вот такие по маминой линии у меня предки – дворяне. Четыре поколения служили Российскому флоту. И Степан Гомзяков самый древний предок из этого рода. Он был управляющим острова Унга – одного из Алеутских островов, был женат на алеутской девушке.

То есть этот фильм – дань предкам?
– Да. А ещё эта картина – урок истории. Ведь про Форт-Росс у нас мало кто знает. Русские территории – актуальная тема сейчас. Но шесть лет назад мы про это и думать не могли. Мы хотели рассказать о землях, которые когда-то были нашими. Как бы это пафосно ни звучало, но призыв императора Николая I важен в любое время: «Там, где однажды был поднят российский флаг, он никогда не должен опускаться». Это здоровые амбиции. И то, что было завоёвано, нельзя отдавать. Хотя про завоевания в Америке нельзя говорить. Мы приходили туда и всё
по-честному делали. Земли выкупались у индейских племён, в отличие от того, как поступали американцы, которые индейцев истребляли или захватывали. И Аляска, и Алеутские острова, и Гавайи, и часть Калифорнии – всё было аккуратно и легитимно оформлено. Посыл нашей истории в том, что великодержавные интересы всегда должны оставаться в приоритете.

А что должно было произойти, чтобы российский флаг не опустился на Форт-Россе?
– Нужно было задержаться там хотя бы ещё на 7 лет. Продали Форт-Росс в 1841 году, а в 1848 году там нашли золото. Если бы нашли золото раньше, никто бы оттуда не ушёл. Но сложно было удерживать эти земли, не хватало рабочей силы. И Европа, которая была рядом, тогда стала основным направлением нашей политической деятельности. А после восстания декабристов взгляды в сторону убыточной Америки вообще не направляли. Никто бы не отдал американские земли, если бы восстание декабристов не провалилось. Они освободили бы крестьян, этих освобождённых безземельных крестьян отправили бы в Америку. Освобождение крестьян было важно не только в либеральном плане, но преследовало чисто экономические цели. Именно они могли освоить новые земли, как это удалось сделать англичанам, колонизировавшим полмира.

Герои путешествуют во времени. В каком веке вы сами хотели бы оказаться?
– Я бы хотел отправиться в будущее. Меня больше интересует, что будет дальше. В принципе и наши герои из «Форт-Росса» в конце говорят, что с будущим надо бы разобраться. Так что финал открыт.

Как вам в роли продюсера?
– Это уже четвёртая картина, которую я продюсирую. Но самая масштабная. Продюсером я становлюсь почти поневоле, по необходимости – когда понимаю, что если не я, то больше никто этого не сделает. Для меня это не бизнес, ведь я ещё ни разу на этом не заработал. Для меня это творческий интерес.