Комедия Наталии Кончаловской "Без оглядки" о двух категорически не похожих друг на друга девушках, которые по нелепой случайности пустились в бега за рулём похищенного автомобиля, открыла игровую конкурсную программу 34-го фестиваля российского кино "Окно в Европу". Забавная история с яркими ролями Анны Пересильд, Дарьи Алыповой, Олега Савостюка и Сабины Ахмедовой задала настроение первому дню фестиваля и выйдет в прокат 1 октября. Metro познакомилось с режиссёром картины Наталией Кончаловской и выяснило, как появилась эта история.
На премьере картины ваша продюсер сказала, что "когда мы приходили на площадку, то всегда слышали добрый смех Наталии Кончаловской". Значит ли это, что вас можно назвать добрым режиссёром или просто этот фильм дался легко и весело?
– Нет, на самом деле такое отношение к процессу – это большая работа над собой. (Смеётся.) Просто я верю в то, что атмосфера на площадке влияет на всё. Знаю, что некоторые работают через боль, я же считаю, что надо делать так, чтобы было интересно и чтобы была хорошая атмосфера. Наверное, ввиду того, что я работала с отцом на фильме "Рай", я переняла от него этику работы на съёмках. Он с большим уважением и с пониманием относится ко всем. Поэтому я не позволяю себе поднимать голос. Атмосфера зависит и от команды, а у нас была на съёмках фильма очень классная команда, все очень много вкладывали в этот проект. Когда снимаешь комедийную историю, важно выдерживать такое настроение, потому что происходящее за кадром всегда отражается на снятом материале.
Эта команда была с вами уже на предыдущих проектах, это люди, с которыми вы уже работали?
– С оператором Владом Политиком и художницей по костюмам Екатериной Сергеевой мы уже работали, с остальными нет.
Вы говорили, что это ваше первое жанровое кино. Когда вы задумали пойти в эту сторону, у вас на уме была именно комедия в духе роуд-муви?
– Я начинала писать сценарий ещё в 2020 году, тогда выходил сериал "Конец грёбаного мира" и мне хотелось снять что-то похожее в наших реалиях. Одновременно меня интересуют женские персонажи и тема дружбы. Мне кажется, сейчас не хватает фильмов про женскую дружбу. Хотелось и роуд-муви с налётом "Твин Пикс" – не в смысле атмосферы, поскольку мне хотелось снять что-то развлекательное, а в смысле странных и выпуклых персонажей.
Анна Пересильд и Дарья Алыпова на съёмках картины "Без оглядки".
пресс-служба фестиваля "Окно в Европу"
Фото:
Можно ли сказать, что рассказанная на экране история как-то пересекается с тем, что вы тоже проживали?
– Это фильм не о моих личных проблемах, хотя первая моя картина, "Первый снег", такие пересечения имела. В этом же фильме меня интересовала история о том, как встречаются противоположности, что их может соединить. Отталкиваясь от этого, появился персонаж Сони с родимым пятном на лице, при помощи которой мне хотелось поднять и тему каких-то внешних особенностей, из-за которых человек может переживать. В то же время появился персонаж Жени, которую буллят в школе, но она даёт отпор.
Вы говорили, что хотите сделать персонажей более выпуклыми, потому что каждый из нас хочет казаться таким. Но, мне кажется, в жизни немало людей, которые, наоборот, этого не хотят по тем или иным соображениям.
– Иногда мы, часто того не желая, так себя ведём, и меня это трогает, какие-то ярко выраженные черты. А кино позволяет это ещё больше подчеркнуть и показать. А так, да, мы часто стремимся быть "нормальными", как все, и прятать свои ярко выраженные особенности, о чём мы выше говорили. В кино выпуклый персонаж – это гротеск, и его довольно сложно показать так, чтобы это было узнаваемо и одновременно не переходило в сатиру. Хотелось сделать правдиво и с сочувствием, мне важно показать, что мы смеёмся не над героями, а мы смеёмся вместе с ними и им сочувствуем.
В картине много удачных шуток: они все были прописаны в сценарии или рождались на площадке?
– Всё было в сценарии, который, как я уже говорила, писался долго: сначала со сценаристом Аней Соболевской, потом с продюсерами Аней Шалашиной и Леной Ткачук и редактором Леонидом Девяткиным. Это сразу была история о встрече двух противоположностей, которые не хотят быть вместе, которых ничто не связывает, но постепенно они проникаются проблемами друг друга. Это классическая схема, та же "Зелёная книга" об этом, но мне кажется, что история именно о дружбе двух таких женщин не так часто встречается в кино.
Каких женских типажей вам не хватает в кино?
– Тех, которые не связаны с любовными историями, также очень мало героинь возраста 40+. Не хватает женщин разных возрастов, с более разнообразной палитрой проблем.
Но вы при этом говорили, что хотите бороться с женским кино?
– Я имела в виду ярлык, который даётся фильмам, которые якобы могут интересовать только женщин. Бороться с женским кино я не могу. (Смеётся.) Поэтому мне было приятно, что после показа картины мужчины из зала говорили, что им было интересно смотреть. Женское кино – это же необязательно женские персонажи, это ещё некая определённая оптика.
Съёмочная группа "Без оглядки" на премьере картины на 34-м фестивале российского кино "Окно в Европу".
пресс-служба фестиваля "Окно в Европу"
Фото:
Есть ли у вас какая-то глобальная амбиция в кино или вы пока не думали об этом?
– Для меня кино – это способ коммуникации, возможность создать нечто, что откликнется в душе другого человека, тронет его. Это какой-то способ почувствовать себя не одной в этом мире – возможно, это то, что я ищу и в фильмах, которые смотрю как зритель. Это возможность почувствовать себя частью чего-то большего. "Без оглядки" в этом смысле не претендует на какое-то серьёзное высказывание, нашей целью было сделать классный, лёгкий, весёлый фильм. По большому счёту, этот фильм не предназначен для фестивалей и критиков, это фильм для людей, которые хотят прийти в кино, хорошо провести время и почувствовать нечто, что их тронуло.
Вы говорили на премьере, что сознательно делали всех персонажей светлыми и добрыми. Это ваше кредо, вы против чернухи в кино? Существуют ли для вас в кинематографе какие-то табу – то, чего вы делать не станете как автор?
– Кому-то интересно смотреть что-то деструктивное – я просто сама по себе не люблю это. Мне кажется, нам должна помогать жить надежда, и мне хочется, чтобы моё кино было именно таким.
Вы изучали кино во Франции. Есть ли разница между кинообразованием там и у нас? Да и, по большому счёту, зачем вам учиться в четырёх стенах, если вы могли познавать всё на практике, на площадке у своего отца?
– На самом деле так и есть – я самоучка. Во Франции я сначала изучила политические науки в Сьян-По, а потом окончила бакалавриат по теории кино в Сорбонне, но это не режиссёрское образование. Я хотела поступить в нашу киношколу, но так сложилось, что меня настолько сильно тянуло в кино, что ещё во Франции я начала снимать короткие метры. Наверное, в каком-то смысле хорошо, что я не училась в киношколе, потому что там есть мастер и относительно него у ученика неизбежен какой-то момент подражания. А когда ты самоучка, то можешь быстрее найти свой путь, мне так кажется. Но всё равно это была долгая дорога, меня не особо поддерживали в моём стремлении заниматься кинематографом, но победило моё упорство. Назвать себя режиссёром, да и то начинающим, я рискнула только после первого полного метра. Надо иметь очень большое "эго", чтобы говорить, что ты режиссёр. (Смеётся.) Но, может быть, всё это просто потому, что у меня и папа, и дядя, и многие мои родственники занимаются кино, поэтому была мысль, что все будут оценивать мой приход в эту сферу словами "ещё одна". Всегда было ощущение некой ответственности и груза.
Повлияло ли изучение теории на ваши вкусы в кино? Я слышала, что вы любите Бергмана, кто ещё ваши путеводные звёзды?
– Да, я Бергмана люблю, а там много боли и страданий. (Смеётся.) Он был в числе моих первых кинематографических потрясений. И мой фильм "Всё время на свете" я считаю неким оммажем Бергману: здесь тоже сцены из жизни молодой пары, но если в "Сценах из супружеской жизни" Бергмана есть пиковые моменты, то я решила, как в пьесах Чехова, всю драму вынести за кадр и сконцентрироваться на повседневности. Ещё я очень люблю Шона Бейкера – особенно "Красную ракету" и "Проект Флорида". Но не его "Анору". Это очень смешно, потому что когда Марк Эйдельштейн сказал мне, что он будет у него сниматься, то я закричала "О боже!", а он: "Ты первая, кто его знает!" (Смеётся.) Кстати, в предыдущих фильмах Бейкера, которые мне нравятся, довольно выпуклые персонажи, и поэтому они такие трогательные. Очень люблю французское кино: Эрика Ромера, Франсуа Трюффо. Нравится Кира Муратова, немецкий режиссёр Марен Аде, в частности её гениальный фильм "Тони Эрдманн".
На съёмках картины "Без оглядки".
пресс-служба фестиваля "Окно в Европу"
Фото:
Советуетесь ли вы с отцом по поводу работы, показывали ли ему свой последний фильм?
– Уже нет, уже сепарировалась. Мне же 35 лет, надо перестать советоваться. (Смеётся.) Сначала, конечно, его мнение для меня было очень важным, я его спрашивала, но потом поняла, что мы с ним всё-таки из очень разных поколений, у нас с ним очень большая разница в возрасте. У него сформировавшийся взгляд на то, каким должно быть кино, и этот взгляд не очень соответствует тому, как и что я хочу делать. Но если мне нужны какие-то практические советы, то он всегда охотно делится своим колоссальным опытом.
Вы похожи на него внешне – а по характеру?
– Хочу я того или нет, во мне есть его черты, и подсознательно я это чувствую.
Как вам кажется, ваш опыт жизни за рубежом повлиял на ваше кино? Ваш отец же тоже начал снимать по-другому, когда стал жить за границей.
– Возможно, поскольку мой фильм "Всё время на свете", наверное, получился у меня скандинавским: все герои там какие-то нетипично для нас спокойные, чуть менее эмоциональные. В чисто русском кино они бы били тарелки. (Смеётся.)
Какие фильмы у Кончаловского и Михалкова вы цените больше всего?
– Здесь сложно быть объективной. Но я очень люблю "Сибириаду" и "Рабу любви".
Всё-таки насколько сложно вам ментально сепарироваться от такой мощной кинематографической династии, насколько сильно давит на вас груз необходимости соответствовать такому высокому уровню?
– Конечно, давит, потому что кроме кинематографической части за моим отцом есть ещё и несколько поколений выдающихся творческих людей в других сферах. Так или иначе это чувствуется с детства, но это заставляет прилагать больше усилий, стараться – на меня это действует, во всяком случае, именно так. Учишься абстрагироваться, осознавать, что ты тоже творческая единица. По большому счёту, здесь нет ничего нового: из какой бы семьи ты ни был, нужно стараться делать своё дело как можно лучше.
Наталия Кончаловская на съёмках картины "Без оглядки".
пресс-служба фестиваля "Окно в Европу"
Фото:
Чем отличается кинопроизводство в Европе и России?
– Наверное, там всё больше распланировано, но при этом они меньше готовы к каким-то переменам и неожиданностям.
Вы стараетесь управлять этим хаосом или отпускаете его: как пойдёт, так и вырулим?
– Я люблю всё заранее распланировать и при этом быть готовой к тому, что всё изменится. Просто чем больше ты готовишься, тем увереннее себя чувствуешь даже в ситуации, когда всё меняется. Мне нравится быть открытой к тому, что в процессе может прийти что-то более интересное. Важно просто иметь некий ориентир.
Почему на одну из главных ролей вы выбрали Аню Пересильд?
– У нас был кастинг, и про Аню мы не сразу подумали, потому что она интеллигентная девочка, а её героиня прыгает в окно, лезет на крышу и далека от домашнего существа. Но когда она пришла на пробы, я увидела, что её некоторая сдержанность и интеллигентность делают персонаж более интересным. Было бы намного более клишированным, если бы актриса и в жизни была похожа на героиню.
Её напарница по фильму Дарья Алыпова ведь тоже, по вашим словам, совсем другая в жизни, чем в этой роли, – а как вы увидели в ней свою героиню?
– На пробах. Для меня пробы – это не прямая возможность увидеть сразу готового персонажа, а какой-то путь исследования актёром его героя. Я увидела, что она многое способна придумать с нуля, так и оказалось: она сочинила массу деталей в кадре.
Дарья Алыпова и Анна Пересильд на съёмках картины "Без оглядки".
пресс-служба фестиваля "Окно в Европу"
Фото:
Что у вас в планах сейчас, что будет дальше?
– Я всегда что-то пишу, и сейчас у меня в процессе несколько проектов. О чём я мечтаю? Конечно, продолжать снимать свои проекты, расти в масштабе – мне интересно было бы снять что-то более сложнопостановочное. Также, например, снять сериал и поработать по чужому материалу, потому что до сих пор я снимала только по своему. Сериал для меня был бы одним из вызовов, который позволит выйти на другой уровень. Ещё сегодня, как мне кажется, наступило время поиска арт-мейнстрима, который одновременно и развлекает, и транслирует какую-то идею. В общем, я пока в раздумьях: последний фильм закончила пару недель назад и пока прихожу в себя, ещё не отпустила до конца этот проект, который занял большую часть жизни.
Вы в одном из интервью говорили, что любите читать. Это до сих пор так, работа в кино оставляет время на чтение? Что читаете сейчас?
– Да, я много читаю, сейчас, например, для отдыха и расслабления вот этот нью-йоркский бестселлер "Мой год отдыха и релаксации" Отессы Мошфег. Ещё сейчас читаю книгу американского психотерапевта Ирвина Ялома "Все мы творения на день", очень полезно в период экзистенциального кризиса. (Смеётся.) А вообще, мне нравится современная литература, я пару лет назад была на резиденции в Переделкино и поразилась, как она у нас богата, как много есть интересных авторов.
Наталия Кончаловская родилась в Лондоне. Окончила бакалавриат по специальности "Киноискусство: теория и практика" в Сорбонне (Франция), магистратуру по специальности "Медиа и коммуникации" в Институте политических исследований (Франция). Её полнометражный фильм "Первый снег" принял участие в фестивалях Cuenca International Film Festival (Куэнка, Эквадор), Chichester International Film Festival (Чичестер, Англия), Artic Open (Архангельская область, Россия) и других, а также получил приз за лучшую женскую роль на фестивале "Окно в Европу" (Елена Морозова).
