Репортёр Metro попыталась разобрать, что на ком написано
Показ стал главным событием Московской недели моды, ведь создавать коллекцию Ольгам помогало серьёзнейшее учреждение – Государственный музей А. С. Пушкина.
На сумке – первая строфа романа. "Мой дядя..." и т.д.
Ольга Карасёва
Фото:
"В коллекции использованы картины и гравюры из собрания музея, а также изображения рукописей Александра Сергеевича – тексты и графика переосмыслены как элементы современного текстильного дизайна", – говорится в пресс-релизе.
По этим причинам на входе в музей царил торжественный ажиотаж и раздавали сувениры – банты с фрагментом автографа. Я без труда разобрала текст: "Мой дядя самых честных правил..."
Справа на подоле юбки – черновик VIII и IX строф второй главы "Евгения Онегина", которые поэт сочинял осенью 1823 года. В стихах речь идёт о Ленском, а портреты – знакомые поэта. Пушкинисты выявляли среди них разных персонажей – и братьев Раевских, и старшего друга Василия Жуковского, и испанского революционера Рафаэля Риего, и автопортрет.
Ольга Карасёва
Фото:
Другие бессмертные строки распознать оказалось труднее: у Пушкина не было кнопки backspace, поэтому неудачные варианты он жирно вычёркивал вручную, причём целыми восьмистишиями. Внезапно осознаёшь, в каких творческих муках ковалась знаменитая онегинская строфа.
Показ коллекции модного дома Tatiana Larina в Государственном музее А.С. Пушкина на ул. Пречистенка в рамках Московской недели моды.
Василий Кузьмичёнок / Агентство "Москва"
Фото:
Пришлось просить подсказки у модельеров. Как призналась Metro Ольга Творогова, строки с "дядей" я угадала правильно. Большую часть нарядов украшают цитаты из "Евгения Онегина":
– Также мы взяли описание главной героини Татьяны Лариной ("Она в семье свой родной казалась девочкой чужой"), на топах есть "Быть можно дельным человеком и думать о красе ногтей" – современный мерч авторства Пушкина. Эти слова не теряют актуальность и спустя века... Плюс, конечно, нас вдохновляли рисунки на полях рукописей, сделанные поэтом.
...После показа я прогулялась среди барышень в костюмах. Мимо меня то и дело проплывали великие цитаты: "Бранил Гомера, Феокрита..." и знаменитые "маргиналии". На одном из подолов – профили приятелей Пушкина, будущих декабристов. Это черновик VIII и IX строф второй главы "Евгения Онегина".
У некоторых моделей стихи нанесены прямо на кожу плеч и рук – в виде временных тату.
– А вы знаете, что у вас на запястье написано? – спрашиваю одну из барышень.
Она слегка смущается. Разборчиво только слово "судьба".
– А вы сфоткайте, потом у нейросети спросите, – находчиво советует девушка.
– Да это ж просто! "Судьба Евгения хранила: / Сперва Madame за ним ходила, / Потом Monsieur её сменил. / Ребёнок был резов, но мил..." – объясняют авторы коллекции, пока я нашариваю телефон.
