Может ли эклектика Mugler, McQueen и эпохи Тюдоров органично существовать в мрачном мире Эмили Бронте? По мнению персонального стилиста Анны Притчиной – не просто может, а обязана.
– Жаклин Дюрран – художник, который мыслит не эпохами, а смыслами. В её "Грозовом перевале" костюмы – это не фон, а самостоятельный язык, на котором говорит героиня, – отмечает эксперт.
Дюрран в очередной раз доказывает: она не просто создаёт костюмы, а выстраивает сложную визуальную драматургию. В новом фильме для одной лишь Кэти придумано около 45 образов, и с украшениями Chanel эта история перестаёт быть классической костюмной драмой. Перед нами – дерзкий, стильный и очень современный взгляд на роман Бронте.
– Наши источники вдохновения охватывали периоды от елизаветинского до георгианского и викторианского – от живописи и исторического костюма до современной моды и того, как эпоху интерпретировали в кино XX века. Задача заключалась в том, чтобы собрать всё это в образы, которые показывают именно ту историю, которую хотела рассказать режиссёр Эмиральд Феннел, – рассказала Vogue Жаклин Дюрран.
Красный бархат и сакральность
Алый плащ с капюшоном сразу задаёт высокий градус страсти. Массивный крест, инкрустированный камнями в духе Chanel, контрастирует с нежным корсетом – здесь легко читается эстетика Тюдоров, но с глянцевым, почти модным блеском. Меховая муфта добавляет суровой "дикости" северных поместий, и Кэти предстаёт не провинциалкой, а королевой вересковых холмов.
– Красный плащ исторически оправдан, хотя наш – скорее театральный, с отсылками к прошлому и мелодрамам 1950-х. Но именно платье под этим плащом с его ледяным, будто растрескавшимся узором в снежном пейзаже выглядит невероятно, – сказала художник.
Кадр из фильма "Грозовой перевал" (2026).
Warner Bros. Pictures
Фото:
Цветочный драматизм
Силуэт с жёстким корсетом и пышной юбкой отсылает к классике, но тёмные, почти кровавые цветочные аппликации на белом фоне создают тревожное напряжение. В этом образе слышится эхо McQueen и 1950-х – роскошь на грани опасности, идеально отражающая переменчивый характер героини.
Кадр из фильма "Грозовой перевал" (2026).
Warner Bros. Pictures
Фото:
Жидкое чёрное золото
Чёрное платье с золотыми разводами, напоминающими расплавленный металл или колеблющийся свет свечи, – один из самых сильных визуальных моментов фильма. Архитектурные плечи и глубокое декольте выдают влияние Mugler. Это Кэти в точке максимальной силы – и одновременно отчаяния.
– Наряд выбивается из эпохи – и именно это нас и привлекло. Форма викторианская, а ткань абсолютно современная. Это платье создавалось специально для лунного света, – пояснила Дюрран.
Кадр из фильма "Грозовой перевал" (2026).
Warner Bros. Pictures
Фото:
Интеллектуальный контраст
Белоснежная юбка в паре со строгим чёрным жилетом-корсетом выглядит удивительно современно. Пышные рукава – поклон викторианству, лаконичный верх – подиумам последних лет. Розовый цветок у сердца смягчает графичность и добавляет хрупкой человечности.
– Образ очень близок к исторической правде. Это швейцарский крестьянский костюм середины XIX века – его можно увидеть на многих картинах. Он не совсем про "Грозовой перевал", но исторически точнее многих других образов, – отметила художник по костюмам.
Кадр из фильма "Грозовой перевал" (2026).
Warner Bros. Pictures
Фото:
Неземное сияние
Переливающееся платье из органзы или ткани-хамелеона словно выходит за пределы XIX века. Огромный розовый бант и эффект свечения превращают героиню в видение, мечту, символ внутреннего света и жажды свободы, не признающий границ эпох.
– Режиссёр показала мне фотографию 1950-х: женщина, завёрнутая в целлофан, как подарок с бантом. Это стало отправной точкой. Нам понравилась идея Кэти как дара – в эту ночь она буквально делает себя подарком, – рассказала Жаклин.
Кадр из фильма "Грозовой перевал" (2026).
Warner Bros. Pictures
Фото:
"Яблоко Эдема"
Соломенная шляпа с золотыми волнами – как корона полевой богини. Белый тюль, кружевной корсет и красные атласные ленты создают образ, балансирующий между невинностью и провокацией. Фрукт в руке – отсылка к грехопадению, а полупрозрачная ткань с дымчатым принтом напоминает туман над вересковыми полями.
Кадр из фильма "Грозовой перевал" (2026).
Warner Bros. Pictures
Фото:
Меланхолия
Белая хлопковая блузка и алый атласный корсет, утягивающий талию до 55 см, – почти телесное высказывание о страсти и боли. Серая шерстяная юбка возвращает образ к земле, к корням героини. Красный здесь – предвестник чувства, которое вот-вот прорвётся наружу.
Кадр из фильма "Грозовой перевал" (2026).
Warner Bros. Pictures
Фото:
Блеск красного
Полупрозрачный белый тюль сверху и объёмная красная тафта снизу создают эффект пламени. Белый делает образ почти "непорочной" невесты, но красный пол и платье сливаются, показывая: Кэти становится частью мира Хитклиффа.
– Здесь использована ультраглянцевая синтетическая ткань с пластиковым эффектом. Красный – ключевой цвет для Кэти, и блеск вообще важен для её образа. В этой сцене нам хотелось добиться искусственного, почти театрального эффекта, – пояснила Дюрран.
Кадр из фильма "Грозовой перевал" (2026).
Warner Bros. Pictures
Фото:
Белое платье с вуалью
Шёлковый атлас, кристаллы, развевающаяся вуаль и тиара с жемчугом – образ призрака, венец трагедии. Букет с синими акцентами символизирует утрату, а многослойный тюль сохраняет баланс между объёмом и хрупкой свободой.
Кадр из фильма "Грозовой перевал" (2026).
Warner Bros. Pictures
Фото:
Финальная трансформация
Белое кружево, тюль, высокий ворот и длинные рукава – почти ледяная чистота. Меховая шапка и вуаль делают Кэти аристократкой в замёрзшем мире Линтонов. Это образ "прирученной" героини – и одновременно удивительно современное сочетание кружева и меха.
Кадр из фильма "Грозовой перевал" (2026).
Warner Bros. Pictures
Фото:
Источник: gazetametro.ru