На ресурсе ЛитРес появилось новое произведение известного российского писателя Евгения Водолазкина ("Лавр", "Авиатор"), пьеса "Сестра четырёх", посвящённая самой актуальной теме – коронавирусу. Metro оценило новинку, а также пообщалось с автором.

 

Коротко о пьесе "Сестра четырёх"
Сюжет: В одной палате инфекционной больницы с диагнозом "коронавирус" оказываются писатель, депутат и продавец пиццы. Коротая время на больничной койке, пациенты рассуждают на философские темы: как возник вирус, как его появление должно повлиять на человечество и куда катится этот мир.
Впечатления: Пожалуй, очень нетипичное и неожиданное для писателя произведение – комедийная пьеса на злободневную тему. Состоит она всего из двух действий и читается на одном дыхании. Очень много юмора, зачастую доходящего до абсурдного, но цель автора – не перевести всю ситуацию в шутку, а скорее помочь читателям хотя бы на время отстраниться от бесконечного тревожного новостного фона, снять напряжение и осмотреться – может, нашего привычного мира уже и нет. "Сестра четырёх" не претендует на “звание” программного произведения, но почву для определённых внутренних размышлений точно даёт.

 

Злободневная пьеса. Быстро написали?
Около трёх недель ушло.

Вдохновила какая-то конкретная история, или это скорее результат наблюдений за ситуацией в мире в целом?
Происходящие ныне события меня потрясли. Лучший способ разобраться в непонятном – это написать что-нибудь.

Почему именно пьеса, а не другой жанр?
Мне кажется, что пьеса более чутка к настоящему, проза же требует большей по отношению к нему дистанции.

Есть ли у вас планы по постановке?
Жанр "Сестры четырёх" я бы определил как пьеса прозаика. Не вдаваясь в подробности, скажу основное. Пьесы в традиционном понимании пишутся для сцены, их редко читают. Это звучащее слово. Я привык к слову письменному – и пьесу писал прежде всего в расчёте на чтение. Если угодно, это прозаический текст, сокращённый до диалогов. Всё это, конечно, не отменяет её постановки, в частности, онлайн. И сейчас обсуждаются такие возможности.

Пьеса посвящена пандемии, и действие разворачивается в больнице, но ни мрачности, ни трагичности не ощущается. Не видите причин для драматизма, или это стремление и в страшном увидеть нечто комичное?
К происходящим событиям отношусь в высшей степени серьёзно, но смех не отменяет серьёзности, скорее подчёркивает её. Смех – это возможность, осознавая серьёзность положения, не впадать в панику.

В пьесе собраны представители разных слоёв нашего общества, и вы ко всем отнеслись достаточно сурово, даже к врачам. Планировали выступать как обличитель, или пьесу не стоит столь серьёзно воспринимать в этом ключе?
Всё дело в том, что в пьесе нет ни одного "настоящего" героя. Все они в том или ином смысле оказываются подделками. Смех направлен не на настоящих писателей, депутатов, врачей, а на их имитацию. И уж ни в коем случае не на врачей. Чтобы понять моё отношение к врачам, достаточно прочитать роман "Лавр". Вообще говоря, пьеса слегка абсурдистская, и не стоит воспринимать её как некое социальное обличение.

Персонажи обсуждают разные сценарии возникновения вируса и степень его опасности. Вы лично какой теории придерживаетесь, как возник вирус и кто виноват? Насколько серьёзно относитесь к пандемии или считаете, что истерия вокруг неё необоснованная и надуманная?
Я думаю, что вирус возник естественным путём, как он обычно и возникает. Птицы, свиньи, летучие мыши – всё это публика, с которой в разное время связывалось начало эпидемий. И нынешний случай, я думаю, не исключение. Особенность того, что происходит сейчас, не в характере самой пандемии, а в реакции на неё. Вот здесь есть о чём подумать. Нынешнее всепоглощающее внимание к пандемии в чём-то оправдано: такого рода инфекции опасны. Вопрос состоит лишь в том, отчего на подобную опасность такой реакции раньше не было.

Вам лично легко даются ограничения, которые наложила на нас всех пандемия?
Очень. Два самых популярных ныне слова – самоизоляция и удалёнка – сопровождают меня всю сознательную жизнь. Мои занятия наукой, а затем и литературой никогда не предполагали постоянного присутствия на работе. Поэтому в моей жизни и сейчас ничего не изменилось. Единственное, что сейчас по-другому, – это отсутствие поездок, выступлений и презентаций, которых ещё недавно было огромное количество. То, что сейчас это ушло (по крайней мере на время), я рассматриваю как благо.

По чему из прошлой "свободной" жизни скучаете сильнее всего?
У меня нет времени скучать – я занят работой. Чего, пожалуй, всё-таки не хватает, – это длинных прогулок по Петербургу. Но скоро, я думаю, дело с этим наладится.

Насколько плодотворно самоизоляция влияет на ваше вдохновение?
Самоизоляция – это универсальный ответ на настоятельные приглашения куда-то поехать, где-то выступить и тому подобное. Зная, что ни один телефонный звонок теперь не в силах выдернуть меня из-за письменного стола, я могу лучше планировать свою работу. И от этого успеваю гораздо больше.

Мир станет хуже или лучше после пандемии? По-вашему, как человечество изменится после выхода из карантина?
Мир будет не лучше и не хуже – он станет другим. Человечество вспомнило о границах между государствами и людьми. Это не значит, что границы эти будут непроходимыми. Просто теперь о них будут помнить, и это хорошо. О любых особенностях стран и людей можно говорить лишь тогда, когда очевиден их предел. В безграничном существовании всё сливается, становится серо-буро-малиновым. Я же предпочитаю видеть серый, бурый и малиновый.