В российский прокат вышел фильм ужасов "Конверт" Владимира Маркова. Корреспондент Metro пообщалась с актрисой Юлией Пересильд, которая исполнила одну из ролей, о её непростой героине, суевериях и детских страхах.

На пресс-конференции перед премьерой фильма вы сказали, что вам было очень непросто играть в хорроре. В чём же заключались сложности?
Для меня это был первый опыт работы в этом жанре, поэтому часто возникали головоломки. Например, как отыграть тот или иной эпизод, чтобы тебя не раскусили и чтобы зрители не зашли в тупик. И все эти вопросы вставали не от того, что  я и мои коллеги чего-то не знали, а от того, что мы очень боялись ошибиться. Но мне этот киноэксперимент понравился.

То есть в дальнейшем вас стоит ждать в картинах этого жанра...  
Ну, может быть. Но всё будет зависеть от сценария, конечно. Вот сценарий "Конверта" мне понравился сразу – в нём есть мораль, уроки жизни, что в ужастиках встречается не так часто.

А вы сами смотрите фильмы ужасов, триллеры?
Я люблю картину "Иллюзия полёта" с Джоди Фостер. Мне нравится, как актриса существует в этой истории, не играя страха и ужаса. Не выдавать на камеру свои эмоции, а сохранить внутреннее напряжение и нейтралитет очень сложно.

Вы назвали голливудский фильм. А почему, на ваш взгляд, в России такие захватывающие ленты не снимают?
Сложно! Триллер и хоррор – это шахматная партия, где нужно всё просчитывать до мелочей, а у нас в кино с этим непросто. Иной раз даже в драме не можешь концы с концами свести, что уж говорить об ужастиках. "Карточный домик" у нас точно не снимут, хотя, безусловно, надо учиться выходить за рамки чисто русского кино, догонять западных коллег.

Мне ваша героиня напомнила Людмилу Прокофьевну из "Служебного романа". Вы в жизни такая же бойкая, мужественная?
Мы с моей Мариной похожи. Мне, как и ей, всегда хочется доходить до конца в любом деле. И я прекрасно понимаю, почему она решила помогать герою Игоря Лизенгевича – было много вопросов без ответов.

А так командовать мужчинами, как она, вы можете?
Всё зависит от ситуации. Если я нахожусь в руках человека, которому доверяю, я с удовольствием подчинюсь и буду ведомой.

В картине конверт выступает неким символом, который влияет на судьбы героев. Вы сами верите в приметы, талисманы?
Верю и не верю одновременно. Вот письма в конвертах, кстати, считаю какой-то мистической вещью. Вы замечали, что, когда получаешь бумажное послание, ты просто не можешь его выбросить? Мне в театр часто приходят письма от людей из разных городов. Я их все аккуратно складываю в тумбочку, перечитываю, затем отвечаю... Порвать и бросить их в урну просто рука не поднимается.

Многие знаменитости не говорят о личной жизни, не показывают своих детей, чтобы не сглазили. А вы суеверны?
Я вам могу сказать такую вещь... Она не связана с суевериями, но я это ощущаю на себе. Любое твоё появление на публике – это очень большой выброс энергии со стороны окружающих – хорошей, негативной. Я понимаю, что я, как человек известный, должна научиться справляться с этим, но порой не удаётся. Вот так прихожу иногда домой после какого-нибудь мероприятия и падаю на диван. Вот плохо себя чувствую, а почему – непонятно. Дети к такому совершенно точно не подготовлены. И я считаю, что неправильно часто выводить их в свет, где скоплено много негатива.

Но ведь вы берёте дочек на светские рауты...
Они ходят со мной исключительно на благотворительные мероприятия. Они там хотя бы учатся чему-то хорошему.

В детстве мамы пугали нас бабайкой, домовым. Вы девочкам тоже рассказываете страшные истории, когда они не слушаются?
У нас девочек пугает бабушка. Она любит рассказывать, что сейчас придёт Баба-яга или укусит змея, если они будут баловаться. Я с этим пытаюсь бороться, но это невозможно. (Смеётся.) Наверное, выброс адреналина нужен каждому: и детям, и взрослым.

Вы считаете себя везунчиком?
Да! Конечно, мне в жизни ничего не достаётся легко, но мне очень везёт на людей... добрых, талантливых, настоящих, благородных. И в этом, безусловно, моё везение.