20 января 2015 года Асем Шаяхметова очнулась среди обломков самолёта. Ан-2 разбился в казахстанском ущелье, вместе с ней были ещё шесть человек. Metro продолжает цикл публикаций о единственно выживших в авиакатастрофах

Судьба Асем до авиакатастрофы складывалась удачно. Она жила в простой работящей семье. Окончила сельскую школу, получила грант на обучение в университете, переехала жить в город. Устроилась работать по специальности – геологом.
Авиакатастрофа перевернула жизнь девушки.

Будто свет вырубили
– До трагедии я была полна сил, могла горы свернуть, – рассказала Metro Асем. – Стремилась делать карьеру. Для меня работа была всем в жизни. Я трудилась геологом в корпорации "Казахмыс", выезжала на добычу полезных ископаемых, отвечала за качество сырья. Время летело незаметно, появились новые знакомые, друзья.

Асем Шаяхметова работала геологом.

Асем Шаяхметова работала геологом.

предоставила героиня публикации

Фото:

По работе Асем приходилось много летать. Обычно в командировки она отправлялась на Ан-2 – компактном недорогом самолёте.

– 20 января поначалу было морозно и солнечно. Нужно было слетать на рудник. Начальство провело селекторное совещание, нас попросили проверить отчётность. Все коллеги, с кем летела, были специалистами своего дела.

Перед полётом у Асем было хорошее настроение, никакого дурного предчувствия. Раздумывая над тем, что надеть, девушка, сама того не зная, приняла решение, которое спасло ей ноги.

– Сначала надела короткие сапожки и лёгкую курточку, но в последний  момент передумала и выбрала длинные кожаные сапоги с голенищем и куртку потеплее. К полудню отправились в аэропорт. Самолёт был готов, лётчики были всем довольны. Мы быстро расселись – я выбрала место в центре салона. Сидела я за техническим директором "Казахмыса" Габитом Толеубаевым. Позади никого не было, все сложили там вещи.

В салоне было душно, девушку разморило. Когда она проснулась, обратила внимание, что не пристёгнута, и застегнула ремень.

– Мы были в пути около 2 часов, до прибытия оставалось полчаса. Я посмотрела по сторонам – все пассажиры спали. В кабине пилотов был бортпроводник, я запомнила безмятежное выражение на его лице. Затем закрыла глаза – и будто свет вырубили.

Лариса Савицкая, авиакатастрофа в тайге: история выживания при столкновении самолётов на высоте 5 км

Путь к спасению
Очнулась Асем в эпицентре бурана. Среди непроглядного белого полотна находился искорёженный самолёт. К счастью для женщины, топливный бак при падении не пострадал, иначе мог произойти взрыв.

– Меня накрыла звенящая тишина. Стало очень жарко, я расстегнула куртку. Под ней была белоснежная кофта. Провела рукой по лицу – оказалось, из носа и рта текла кровь. Подобрала снега, приложила, всё протёрла.

Асем была со всех сторон зажата креслами. Они не давали ей двигаться. Но даже если бы она захотела встать – ничего бы не получилось.

– Я увидела кость, торчащую из моего бедра. Пошевелила пальцами ног – хотя бы чувствительность не пропала. И решила, что нужно как-то действовать. Стала кричать, звать своих коллег. Никто не отвечал. Я кричала-кричала, минут десять, никто не откликался, никто на призывы о помощи не реагировал.

Самолёт с Асем Шаяхметовой разбился у рудника – пилоты не увидели вовремя землю из-за тумана.

Самолёт с Асем Шаяхметовой разбился у рудника – пилоты не увидели вовремя землю из-за тумана.

Скриншот Youtube/Информбюро 31

Фото:

Неожиданно она услышала хрип – это был главный механик Ербол Ибраев. У него началась предсмертная агония.

– От безысходности я начала молиться, просить Аллаха о спасении. Говорила: "Мы же все умрём, нужна помощь". В этот момент зазвонил телефон. Надо мной было сиденье пилота, там в куртке он зажужжал. Собрала все силы, привстала и дёрнула куртку. И каким-то чудом телефон упал на руку. Звонил гендиректор авиакомпании Владимир Круч. Я сказала, что мы попали в аварию. Он ответил: "Не может быть!" и потребовал, чтобы передала трубку лётчику. Связь оборвалась. Потом я сама стала звонить в службы спасения, всем подряд говорить, что мы попали в аварию.

К месту катастрофы стали стягиваться спасатели, в том числе сотрудники корпорации "Казахмыс", на которую работала Асем. У них была с собой машина с сиреной. Асем оценивала, насколько та близко, и каждый раз связывалась со спасателями, направляла их. Она сама громко кричала, чтобы те услышали её голос.

– Мы находились между двух сопок, в ущелье. И эхо от моего голоса распространялось достаточно далеко. Однако спасателям понадобилось около трёх часов, чтобы найти меня. Первым, кого я увидела, был наш начальник по технике безопасности. В его глазах застыл ужас. Некоторое время он был в шоке, а как пришёл в себя, начал разгребать завалы, чтобы подобраться ко мне. Заодно он подбадривал меня, говорил, что нужно ещё немного потерпеть, скоро всё будет хорошо. Подтянулись остальные, стали искать людей, но все были уже мертвы. А когда начали меня вытаскивать, из ран хлынула кровь. Человек двадцать несли меня на крыле самолёта, пока не добрались до трассы. И пока они шли, текла кровь, так что мы прочертили на снегу длинную красную полосу...

Авиакатастрофа в Перу: выпускница школы упала с 3 тысяч метров в джунгли к крокодилам и спаслась

Не увидели землю
Комиссия по служебному расследованию авиационного происшествия провела проверку.

Согласно её отчёту, к моменту прилёта к руднику "Шатыркуль" самолёт оказался слишком близко к земле, да ещё и в условиях тумана, из-за которого лётчикам было ничего не видно. Причём метеорологи изначально оповестили пилотов о том, что такая проблема возникнет. Кроме того, экипаж признали не готовым к пилотированию в сложных метеоусловиях. Усугублял ситуацию и тот факт, что высотометр, имевшийся в распоряжении лётчиков, не был сдан на ежегодную проверку. Наконец, командир воздушного судна не имел права осуществлять лётную деятельность из-за отсутствия нужного допуска. Что до авиакомпании Olimp Air, то её обвинили в отсутствии инструкции по приземлению в районе рудника. В итоге её гендиректору дали пять лет колонии.

– Мне объяснили, что самолёт упал резко носом вниз, и мы какое-то время кувыркались, а потом остановились по инерции, – говорит Асем. – Я сейчас уже никого не виню, думаю, это судьба... Точно не собираюсь винить мёртвых, пусть земля будет им пухом!

Собирали как лего
Асем пришлось перенести 30 операций, ей несколько раз переливали кровь.

– Был компрессионный перелом позвоночника, обе  ноги оказались переломаны. Сейчас у меня везде "металлоконструкции". Собирали по частям, как лего. Один перелом до сих пор не сросся. Но врачи спасли ноги. Не бегаю, но благодарна, что хожу по земле своими ногами. Вот только боли часто мучают.

Асем Шаяхметова, до авиакатастрофы.

Асем Шаяхметова, до авиакатастрофы.

предоставила героиня публикации

Фото:

Лечение Асем оплатил "Казахмыс", эта же фирма выделила ей квартиру в Астане. Девушка мечтает однажды вернуться на работу. При этом из-за авиакатастрофы у неё развились фобии.

– Прошло 5 лет, до сих пор вспоминаю гнетущее ощущение полного одиночества, поэтому стараюсь никогда не оставаться одна. И очень боюсь буранов...

Катастрофа A310 под Морони: француженка рассказала, как упала в океан и чудом спаслась

Факты и цифры
•    7 человек было на борту самолёта Ан-2
•    5 детей осталось у директора департамента технического развития "Казахмыса" Габита Толеубаева
•    30 операций перенесла Асем Шаяхметова
•    12 млн тенге (более 2 млн рублей) выплатила Olimp Air выжившей