Вчера в столице наградили победителей 41-го Московского международного кинофестиваля. Перед церемонией закрытия Metro поговорило с председателем жюри ММКФ, южнокорейским режиссёром Ким Ки Дуком, об ощущениях от Москвы и от конкурсных фильмов.

ММКФ нельзя назвать столь же престижным, как киносмотры в Каннах, в Венеции. Что вас заставило приехать?   
Не могу сказать, что ММКФ – менее престижный фестиваль, он входит в десятку сильнейших в мире. Кроме того, я сейчас снимал фильм в Казахстане – это очень близко. И у меня есть мысли о работе в России. Мне очень интересна ваша страна, культура – поэтому я с радостью согласился приехать.

Как ощущение от конкурса? Есть ли темы, которые чаще всего повторяются? Что волнует кинематографистов сегодня?   
Все фильмы очень разные. Но мы с коллегами пришли к выводу, что основные вопросы, которые в них поднимаются, – проблемы современного общества: вопросы притеснения женщин в Иране, национализм и терроризм в Бангладеш, социальное неравенство в России. Здорово, что режиссёры снимают об актуальных вещах.

Что волнует сегодня вас как режиссёра? О чём вы планируете снимать следующий фильм?    
У меня много сценариев в голове. Пока не знаю, какой из них буду снимать в первую очередь. В моём предыдущем фильме "Человек, место, время и снова человек" есть персонаж – молчаливый дедушка, который ничего не говорит. Он  олицетворяет собой духа, Бога, который наблюдает за всем, что происходит вокруг. Я сейчас пишу два сценария на эту тему – разговор Бога и людей. Я  как бы со стороны Бога смотрю на проблемы человека. Но я, конечно, не Бог. (Смеётся.) Хотя на мне сейчас куртка, которая была на актёре, игравшем того дедушку.

В картине "Человек, место, время и снова человек" очень много крови, иногда даже сложно смотреть на экран. В новом фильме тоже будет обилие насилия?   
Лично я не считаю, что в "Человеке" много насилия. Мне кажется, что это очень чистый и красивый фильм. Я вообще сам не люблю картины, в которых сцены насилия не несут какого-то посыла, – это плохое кино. Столь жёсткие вещи нужны, только чтобы передать мысли, идею режиссёра.

Большинство режиссёров, как только достигают определённого уровня, отправляются в Голливуд. У вас нет таких намерений?   
В 2005 году, когда я получил мировое признание, мне сделали предложение – в Голливуде снимать сериал. Но я отказался, потому что это немного не моя история. В Голливуде большие бюджеты, дорогие проекты, снимается всё долго. Я свои фильмы снимаю, вкладывая очень много сил и нервов. Поэтому предпочитаю снимать маленькие фильмы с маленькими бюджетами, но чтобы я всё контролировал лично.

Сегодня сериалы – очень модный формат. Не думали поработать над многосерийной историей?   
Нет, не хотел бы. Не то что я не люблю этот формат, просто я не люблю подолгу работать. Мне нравится снимать быстро – фильм в год, и уже берусь за следующий.

А смотреть сериалы вам нравится?   
Не очень. Как-то пробовал, но не затянуло. Думаю, что создателям сериалов в свою очередь не интересны мои фильмы.

Вы всемирно известный кинематографист, но при этом не говорите на английском языке. Это принципиальная позиция?    
Изучение иностранных языков – моё слабое место. Я хорошо снимаю кино, но с языками мне тяжело. Последнее время я живу в Гонконге, и с английским стало получше, но интервью даю только на корейском. Чтобы досконально понимать фильмы на фестивале, я заранее подробно изучаю все синопсисы, а после показа обсуждаю детали с переводчиком.

Вы ведь не впервые в Москве? Насколько, по-вашему, она изменилась за последнее время?   
Прошлый раз я приезжал в Москву 5 лет назад. Очевидно, что город стал намного чище. Мне кажется, что Москва стала даже немного похожа на Нью-Йорк, не в смысле архитектуры и обилия небоскрёбов – просто люди выглядят более свободными, открытыми, расслабленными, чем раньше.