Metro расспросило режиссёра и исполнителя главной роли Данилу Козловского, какие подвиги пришлось совершать на площадке.

- Чья идея картины?
- Изначально идея не моя. Мне написал Александр Ефимович Роднянский после того, как посмотрел "Тренера", и поделился идеей картины про Чернобыль. Я попросил  прислать материалы, но, честно говоря, ничего особенного не ждал. Прочитал то, что мне прислали, и увидел в тексте одну сцену, в которой абсолютно точно, как мне показалось, разглядел будущее кино.   

- То есть до начала работы над фильмом тема Чернобыля не была особенно близка?
- Конечно, я знал об этой крупнейшей техногенной катастрофе, видел документальные фильмы на эту тему. Но, как выяснилось, был полон клише и стереотипов. Когда стал заниматься этой историей более подробно, копаться в различных источниках,  воспоминаниях, когда прочитал множество книг, в частности, "Чернобыльскую молитву" нобелевского лауреата Светланы Алексиевич, то поразился, насколько я был дремуч в своих представлениях о катастрофе.

- Когда появилась новость о вашем проекте, тут же пошли обвинения в том, что вы решили повторить успех сериала "Чернобыль" от HBO...
- Первая серия "Чернобыля" от HBO вышла 5 мая 2019 года, у нас первый съёмочный день был 17 мая 2019 года. То есть по логике людей, которые считают, что мы стали снимать вслед за HBO, у нас было аж целых 12 дней, чтобы успеть написать сценарий, найти артистов, найти финансирование и построить декорации. Как вы догадываетесь, это физически нереально.

- Совпадение с таким крупным студийным проектом вызвало у вас панику?
- Нет. То, что западные коллеги отважились сделать такую большую работу о событии из нашей истории, у нас ничего, кроме уважения и восхищения, не вызвало. Мешал ли этот сериал нашей работе? Нет, потому что у нас принципиально другой взгляд. Там попытка в целом охватить тему Чернобыля, начиная с момента аварии и заканчивая всеми этапами её ликвидации. А мы берём отдельный эпизод, который произошёл в первые дни после трагедии, и рассказываем про неё сквозь призму переживаний обычной советской семьи, жившей в городе Припять. Мы рассказываем, как обычный человек, сталкиваясь с грандиозной катастрофой, пытается противостоять ей. Как он меняется, попадая в  жернова трагедии, как его перемалывает, а он, наоборот, всячески этому сопротивляется.

- Какие сцены особенно тяжело дались?
- Довольно много действия в фильме происходит в воде, на затопленной станции. Были разные  варианты, как это снимать, но мы выбрали самый простой и одновременно самый сложный.  На студии в Будапеште мы построили декорации в бассейне и снимали всё под водой. Был вопрос, как я смогу в резиновом костюме и с аквалангом бегать между бассейном и камерой. Надо ещё отметить, что мы снимали летом, в самое пекло, и в нашем павильоне средняя температура достигала 54 градусов жары.

- У вас не было каскадёров?
- У нас были каскадёры. Но все сцены, вошедшие в фильм, выполнены артистами. Мы просто поняли, что проще самим сделать, чем объяснять дублёрам, как и что. Это и по времени, и по всем производственным нюансам было гораздо правильнее.

"Мы первая съёмочная группа, которую пустили снимать на атомную станцию", - Данила Козловский

- Для сцен на АЭС строили декорации?
- Нет, мы снимали на 5-м недостроенном энергоблоке на Курской атомной электростанции, за что хочу сказать огромное спасибо руководству госкорпорации "Росатом". Очень им благодарен, потому что это не просто закрытая территория, это один из самых стратегически важнейших объектов в стране. Мы первая съёмочная группа, которую вообще пустили снимать на атомную станцию.