На выставке "От промышленной игрушки – к возрождению Петрушки", которая открылась в доме-музее М. Н. Ермоловой на Тверском бульваре, можно увидеть уникальных марионеток

– Меня в жизни столько не фотографировали! Я же всегда за ширмой, – улыбается Андрей Шавель. Он специально говорит "крякающим" голосом. Во рту нашего собеседника – искусственный резонатор,  пищик. Овладеть искусством его использования под силу единицам. Шавель освоил приспособление полвека назад. В прошлом артист балета, он известен и как главный в СССР и на постсоветском пространстве Петрушка. Вместе со своей супругой, театральным художником Валентиной Смирновой, он объездил всю страну, выступал на международных фестивалях. 70-летию со дня рождения Смирновой, ушедшей из жизни в этом году, и посвящена выставка. Здесь на три недели поселились сделанные ею куклы – Карлсон, Гадкий Утёнок. Но больше всего, конечно, Петрушек.

– Он появился вместе с христианством, – рассказывает Metro Шавель. – Менялись тексты, прибаутки, но образ этой куклы сохранялся.

6 дней в неделю – со вторника по воскресенье – открыта выставка. Она закроется 9 декабря.  

В 1920-е годы были Петрушка-санитар, Петрушка-красноармеец, Петрушка – обличитель буржуазии. Потом популярная марионетка надолго исчезла в своём традиционном фольклорном виде, оставаясь исключительно детской игрушкой. В 80-е Шавель и Смирнова принялись возрождать профессию "петрушечников", создали театр кукол.  
Популярно мнение, что Петрушка – отрицательный персонаж: его широко раскрытый рот – не улыбка, а оскал.

– Он и не отрицательный, и не положительный, – подчёркивает театровед Анна Некрылова. – Это прямой родственник шутов, которые выворачивали жизнь наизнанку, показывали её с другой стороны. Они могли колотить, убивать друг друга. Но идея была в том, что ты умираешь и возрождаешься новым, становишься лучше.

"Сейчас второе рождение Петрушки. Дети остаются детьми, прекрасно понимают это искусство".
Анна Некрылова, театровед