В поисках съёмочной площадки, по заранее присланной наводке, я приезжаю в самый центр города – на нарядную и дорогую Никольскую улицу. Далее ныряю в один переулок, потом в другой, нахожу нужную арку и, пройдя сквозь неё, оказываюсь как будто в другом измерении – огромная заброшенная территория, кучи строительного мусора, бурьян. Посреди двора расположилась группа мужчин в чёрных бушлатах – сидят на скамейках и молча курят. В целом атмосфера гнетущая.

Пока я пытаюсь сориентироваться, мне навстречу выходит красивый статный мужчина в расстёгнутом кителе офицера СС – в нём я узнаю актёра Вольфганга Черни.

– Вам очень идёт костюм, – восхищаюсь без всякой задней мысли.
– Сомнительный комплимент, – усмехнувшись, замечает он. – Это же фашистская форма.

Следуя за ним, я наконец оказываюсь на площадке – наверное, одной из самых впечатляющих и жутких, что я посещала: в подвале полуразрушенного дома, каким-то чудом уцелевшего практически в десятках метров от Кремля. Внутри – внушительной протяжённости  настоящие "катакомбы", со стенами, изъеденными вековой сыростью и плесенью, и с причмокивающей грязью под ногами. Из освещения – только пара операторских фонарей.

– Чего мы ждём? Почему не снимаем? – раздаётся на площадке бодрый голос режиссёра Николая Лебедева.
– Крысам нужно настроиться, – отвечает кто-то из группы.
– Это святое, – смеётся Лебедев.

Как понимаю я позже, это была не шутка. Для сцены в "катакомбах", где во время  Нюрнбергского процесса подпольную деятельность ведут "недобитые фашисты" (их вожака как раз играет Вольфганг Черни), были "приглашены" крысы – для антуража.

По задумке режиссёра, "нацисты" (в которых я узнаю мужчин в чёрном со двора) должны энергично идти по центральному проходу, а под ногами у них будут копошиться грызуны.

Лебедев предупреждает всех на площадке – с хищниками вести себя осторожно, а то никому мало не покажется. Я уже представляю себе полчище огромных и разъярённых монстров, которые сейчас заполонят весь подвал, и буквально вжимаюсь в стену. Слышится команда "Мотор!", и я с облегчением вижу, как перед камерой высаживают из коробки несколько животных. Они принимаются обнюхивать всё вокруг, а потом одна из "актрис", видимо, услышав приближающиеся шаги массовки, приподнимается на задние лапки, чтобы получше рассмотреть угрозу. "Подпольщики" бодрым маршем проходят мимо – и крысы теряются из вида. Режиссёр кричит: "Снято!" – артисты тут же начинают осматривать себя с ног до головы: "Ребята, пересчитывайте пальцы на ногах! Никому не откусили?"

Смена в "катакомбах" – финальная в московском блоке "Нюрнберга". До этого на "Мосфильме" снимался один из самых значимых эпизодов картины – само заседание в знаменитом зале 600, который был детально воссоздан художниками-декораторами в павильоне студии.

– Сценарий фильма основан на книге Александра Звягинцева "На веки вечные", – рассказывает Лебедев во время перерыва. – Но, конечно, при переносе литературного произведения на экран требуется много изменений. Если человек хочет подробно узнать, как происходил Нюрнбергский процесс, он может прочитать протоколы, посмотреть документальные съёмки. А когда речь идёт о художественном фильме, то зрителям нужны эмоции, любовь, драма.

По словам режиссёра, в картине найдётся место сразу для нескольких жанров – и для шпионского триллера, и для исторической драмы, и для романтики. Главным героем фильма выступает обычный парень Игорь Волгин, который попадает в состав советской делегации на Нюрнбергском процессе в качестве переводчика. Параллельно с официальной работой Игорь втайне от всех пытается отыскать пропавшего во время войны брата, чьи следы  теряются в Германии.

– Мне было важно рассказать, как процесс влияет на судьбы конкретных людей, – объясняет режиссёр. – Но ещё важнее показать тот порыв к объединению, который возник между странами после войны. Меня это вдохновляет особенно сейчас, когда, к сожалению, опять чувствуется разъединение в мире, опять идёт поиск, кого можно в чём-либо упрекнуть, чтобы зацепиться, чтобы развить конфликт.

Есть и ещё одна причина для режиссёра обратиться к теме Второй мировой войны – уже личная.

– Мне не нравится, как сейчас обесцениваются роль и потери нашей страны в войне с Гитлером. Для меня это боль, – признаётся Лебедев. – Мой родной дед погиб под Харьковом в 1942 году, дядя – под Веной в апреле 1945-го. Ему было 19 лет, деду 40. Мой отец потом всю жизнь искал их могилы, но так и не нашёл. Сейчас мы с братом ищем. И эта тема тоже отчасти легла в основу картины – поиск близких и поиск себя после огромной катастрофы. Как найти в себе силы сохраниться, не сломаться.

"Я часто играю фашистов, но всегда выбираю только объёмные, противоречивые характеры, не просто стереотипного фрица, расстреливающего советских партизан", - сказал Вольфганг Черни, актёр

Премьера фильма состоится в 2022 году.