Обвиняемый в пособничестве терористам обещал судье, что будет говорить сорок минут, но его выступление затянулось почти на полтора часа.

В первую очередь он решил оправдаться за то, что после теракта сбежал из страны и был пойман только через 12 лет в августе 2014 года при попытке въехать в Крым по поддельным документам.

Каждый раз, когда я привожу в суде свои доводы, я натыкаюсь на фразу: "Если это так, то тебе не надо было бегать". Я понял это ещё на первом допросе: надо было пойти и объясниться. Я бы тогда имел возможность говорить что-то своё. А сейчас я не могу доказать даже мелких, незначительных фактов.

По словам Закаева, он не пошёл в полицию, потому что сначала уехал с семьёй в Баку, опасаясь, что уже является целью чеченских боевиков.

Шла полномасштабная война. Людей, которых боевики считали предателями, стукачами, они просто убивали без суда и следствия. А меня одного не задержали.

А через несколько месяцев, узнав, что объявлен в международный розыск наряду с Басаевым, якобы побоялся, что никто уже не поверит, что он не виноват. Поэтому купил поддельный паспорт и уехал в Турцию.

Также подсудимый оправдался за свои сказанные в ходе прошедших заседаний слова о том, что согласился перевозить груз, потому что ему нужны были деньги на лечение матери:

Я слышал от потерпевших мнение, что у всех есть мать, но это не повод убивать людей. Хочу сказать, что, если бы болела вся моя семья, от мала до велика, - я отказался бы перевозить такой груз, зная, для чего он будет использован и что будут хоть какие-то жертвы! Пусть никто не поверит, что из доброты и человечности, но хотя бы из-за простого человеческого страха.

Дальше Закаев обратился к потерпевшим и объяснил им, почему не собирается просить прощения за вменяемые ему злодеяния:

Я не могу признаться и попросить прощения, даже чтобы получить меньший срок. Потому что мне ещё с этим жить, моим детям с этим жить. Я хочу иметь возможность до конца жизни говорить: я не знал, что планируется захват и будут жертвы, и эти души – их нет на мне.

При этом он выразил соболезнования пострадавшим:

В первый день процесса я хотел сказать: "Я понимаю ваше горе". Но я понял, что это будет звучать цинично: мне не понять вашего горя. Все мои дети живы, их никто не убивал, не пугал оружием... Я помню своё состояние, когда наткнулся в материалах дела на фотографию девочки. По лицу было видно, что ей совсем немного лет. Ей было 13. На тот момент моей старшей дочке было столько же... и я представил, что переживают родители, когда им приходится сидеть, читать эти материалы, результаты медэкспертизы... ладно, не буду эту мысль развивать...

Также Закаев пообещал потерпевшим, что, когда выйдет из тюрьмы, будет добиваться их доверия действиями, и попросил относиться к себе хотя бы "нейтрально".

Как один из аргументов Закаев также привёл своё отношение к конфликту в Чечне:

От одного из организаторов прозвучала фраза: "Я ему денег не обещал, он хотел прекращения войны, поэтому сам согласился поучаствовать". Прекращения войны хотели все, но с разным исходом. Я не мог помогать людям, которые очевидно по ту сторону баррикад! Невозможно представить, чтобы я желал вывода войск и победы этих людей. Это был бы перманентный хаос! Помогать таким людям сознательно в их деятельности было бы как минимум нелогично.

Упомянул Закаев и своего дядю, который был сторонником Кадырова и занимал одно из первых мест в "расстрельном списке" Басаева: с родственником такого человека, по заверению обвиняемого, террористы ни за что не стали бы делиться планами.

Конечно, я ему не верю! – поделилась с Metro после заседания Зоя Чернецова, потераяшая результате теракта сына. – Он всё прекрасно знал, видел оружие, которое перевозил, видел взрывчатку.

А потерявшего в теракте дочь Дмитрия Миловидова мало заботит последнее слово Закаева и вообще его судьба:

– Он пешка, курьер и не более. Я бы хотел, чтобы суд не заканчивал процесс на приговоре Закаеву. Ведь в материалах дела остались пробелы по смертям 125 заложников, которые погибли не от пуль террористов, а были отравлены газом.


История теракта на Дубровке:

•    23 октября 2002 года боевики захватили в заложники 916 зрителей мюзикла "Норд-Ост".
•    Заложников удерживали 3 дня, после чего бойцы спецназа взяли здание штурмом, предварительно применив усыпляющий газ.
•    В общей сложности в результате теракта погибли 130 человек.