Сидели мы как-то с моим бывшим эмгэушным однокашником, молдаванином Петрике, в московском ресторане, запивали воспоминания не чаем, за жизнь говорили. А тогда как раз Россия ввела визовый режим с Грузией и мою племянницу к свёкру-москвичу на похороны не пустили. Ну я Петрике и говорю, мол, будет ваша кишинёвская власть продолжать дурить, как тбилисская, и тебя в Москву пускать перестанут. На что Петрике достал из кармана красный российский паспорт и говорит: "Мы, румыны, грузинам не чета. Мы умные". Я ему: "Какой же ты, на хрен, румын с российским паспортом?" Петька молча положил рядом с российским паспорт Румынии. Потом Республики Молдова. Потом израильский: жена его еврейка из Винницы. И, уже вовсю хохоча, Петрике выложил поверх паспортной груды ещё и паспорт Приднестровья: "Не дай бог, но может пригодиться".

Кавказцев я, конечно, защитил, напомнив, что все грузинские воры в законе давно российским гражданством обзавелись, зная о запредельной для них гуманности Уголовного кодекса РФ и фактической безответственности наших судей за принимаемые решения. Напомнил, что множество стариков Армении, прикупив наши паспорта, получают российские пенсии и пособия. А ещё у меня куча знакомых московских абхазов с паспортами российским, абхазским и, будете смеяться, даже грузинским.

Грустно, но факт: времена, когда паспорт, как в бессмертном стихотворении Маяковского, был предметом гордости, невозвратно ушли. Несколько паспортов – это удобство в международных переездах. И, скажем прямо, способ уклониться от некоторых нежелательных гражданских обязанностей (служба в армии, к примеру) и средство приработка (право на социальные пенсии и пособия).

Для живущих в горячих точках людей наличие хоть второго, хоть десятого паспорта на практике реально жизнь никак не облегчает. Для тех, кто остаётся жить в зоне конфликта, никакой паспорт интенсивность обстрелов не уменьшит. И для тех, кто от войны бежит, паспорт значения не имеет: вспомните хотя бы орды заполонивших Европу людей под видом беженцев из Сирии, а на самом деле со всего южного Средиземноморья. Их "цивилизованные страны" вынуждены принимать даже без паспортов, якобы утерянных.

На самом деле уже не одно десятилетие паспорт – свое­образный инструмент международной политики. Под предлогом защиты своих граждан США уже десятки лет вмешиваются в дела суверенных государств вплоть до ввода своих воинских контингентов.

Урок усвоили и мы. В Абхазии и Южной Осетии российские паспорта выдали массово и на халяву. А потом, в 2008 году, просто не могли не защитить своих граждан от тбилисских агрессоров и признали независимость республик, где практически всё оставшееся население – российские граждане.

Теперь наши СМИ уже несколько дней рассказывают об открытии в Малороссии пунктов ускоренной выдачи российских паспортов местным жителям. Из гуманных соображений. На самом деле нынешняя "паспортизация" Донбасса – прозрачный ультиматум Киеву: прекращайте стрельбу, договаривайтесь, ищите компромисс, возвращайтесь к Минским соглашениям. Не то Россия может признать ДНР и ЛНР суверенными государствами, как Абхазию и Южную Осетию. А в крайнем случае вынуждена будет защищать российских граждан.

Мнение автора может не совпадать с мнением редакции.