Одному из самых ярких отечественных тренеров, бывшему наставнику женской сборной России по гандболу 4 сентября исполняется 65 лет. Накануне юбилея Евгений Васильевич "заполнил" анкету Metro

– Ну какой юбилей 65? Разве это юбилей? 20, 17, когда ты полон сил, здоровья – вот это юбилей! – как всегда с юмором начинает разговор Евгений Васильевич, после чего отвечает на мои вопросы.

Опишите себя одной фразой.
Меня давно описали на предмете психология. Явный холерик, немножко неуживчивый, немножко скандальный, но это не мешает жить, в меру скромный. Такой получается среднестатистический, можно было бы сказать, россиянин, но я всё-таки ближе к советскому человеку.

Ваш любимый цвет.
У меня очень много любимых цветов, но так как я живу на юге, у меня с детства был любимый цвет, как говорят "цвет ведро" – серебристый или белый. У нас жара, машина нагревается до такой степени, что дотронуться невозможно. Я люблю яркие цвета, радугу, некоторые сразу скажут: "Ооо, ЛГБТ!" Ничего подобного, просто радуга красивая. А когда женщина красивая красиво одета, может даже пёстро, необычно – это вдвойне красивее – и жить хочется побольше и получше.

Ваш любимый фильм.
"Собачье сердце", "Белое солнце пустыни", "Женитьба Бальзаминова", "Освобождение", "Путёвка в жизнь" – они такие немножко наивные, но взяты из жизни. Просто балдею с фильма "Женитьба Бальзаминова", когда он говорил: "Ну маменька, я только начал мечтать, а вы всё прерываете". И я только начал мечтать, а уже 65.

Ваше любимое блюдо.
Только закончил трапезничать, поел домашнюю колбаску, которую сын привёз и закусил арбузом. Люблю поесть, я сладкоежка, но сладкого бы надо поменьше и хлеба, но не могу ничего без хлеба есть. На хуторах питались чем – бульончик, редко курица или мясо, а хлеб пекли в достатке. Ну хуторах давали мешок сахара за трудодни, мы с пацанами в воде краюху хлеба намочим, мешок сахара раз – и на весь день, а потом без зубов. Ну это я шучу, но сладкого надо меньше кушать. Я уже перешёл на одноразовое питание, но всё равно толстею, потому что бездельничаю. Пью кефир – не помогает, надо двигаться больше. Зеркало в ванной снял, чтобы не видеть себя.

Любимая песня.
Я очень люблю Владимира Семёновича (Высоцкого), романсы старинные и цыганские. Всю жизнь мечтал играть на инструменте на каком-то, но кроме "Во саду ли в огороде" на баяне не научился ничему. Это просто у меня брат музыкальную школу заканчивал и я же хотел. Отец всё время говорил брату, а он сейчас полковник на пенсии: “Сынок, ты пойми, как свадьба – гармонист самый нужный человек – и заплатят и покормят”. Очень люблю, когда поют, особенно вживую, ненавижу рэп, я тоже могу так читать, ещё и с чувством. Военные песни тоже люблю,  душевные песни.

Кем вы хотели стать в детстве?
Лётчиком. Военком мне говорил: "Женя, ну как ты сядешь в Миг-15?" Это была такая труба, а сверху колпак для лётчика. Я был бы верхом на ракете, как Мюнгхаузен – у меня же 190 см рост. Не повезло, упал раньше, чем сел в самолёт, повыбивал зубы, потерял немножко зрение. Такой период был, 60-е годы, все хотели стать космонавтами и лётчиками.

Главные достижения Евгения Трефилова:
Привёл женскую сборную России по гандболу к олимпийскому золоту Рио-2016 и серебру Игр-2008 в Пекине.
Под его руководством женская сборная России четыре раза выигрывала чемпионат мира, по два раза была серебряным и бронзовым призёром чемпионата Европы.

Любимый спортсмен.
Из советских – Виктор Санеев, выступавший в тройном прыжке. Когда поступил в институт, жил в комнате с боксёрами, мне нравились Мохаммед Али, Фрезер. Потом Тайсон, мне довелось немножко рядом стоять с этим человеком. Я вообще люблю тех спортсменов, которые достигли чего-то, спускаются с пьедестала и опять работают, что это не пожизненно у них. Люблю очень скромных, которые не заносятся.

Что вам больше всего нравится в людях?
Человек может быть умеренно умным, но скромным.

А что не нравится?
Кичливость какая-то, выпячивание. Ненавижу, когда много пьют. Понимаю, что это болезнь, но я бы поубивал. У меня в семье редко пили, сам не то, что увлекался, пытался. Однажды в институте мы что-то так прилично напились, я иду домой и думаю: "А что я сейчас скажу матери, почему я как свинья?" Я пошёл к брату, пил колодезную воду, блевал, пока не отошёл, а потом пошёл только домой. Мне всегда было стыдно обидеть мать. На отца, наверное, злился, когда он меня выдрал, как собаку, думал, что уеду из дома, но никуда не уезжал. Сейчас молодёжь заносчивая, выходит на митинги, решает судьбы страны, а у меня один вопрос: “Родной, ты посмотри на свои брюки, на штиблеты, на трусы, кто тебе их купил, о какой стране ты говоришь? Ты рубль пойди заработай, а потом думай глобально, в масштабе всей страны”. Был один дурацкий вопрос от корреспондента о том, что сейчас молодые дарования назначаются на должности, они такие амбициозные, думают в масштабах вселенной, о стране... и он спрашивает, о чём я думал в 25-30 лет. Я сказал честно: "Как вкусно поесть, поспать и кого-нибудь поцеловать". Я сейчас встречаю ребят своего возраста и говорю, что мы прожили самое счастливое время, мы знали, что будем иметь 100 рублей, будем иметь распределение после института и не умрём с голода, если даже будем средне работать или плохо.

На что вы потратили свой первый заработок?
Мой первый заработок был в колхозе, когда я не сдал анатомию. Мы с товарищем попали в женскую бригаду по уборке винограда. Убирали очень здорово, Коля остался должен 48 копеек, а я заработал 78 копеек за месяц стройотряда. А на что потратил реальный заработок... Ааа, вспомнил! Мы братом купили мопед "Верховина", когда сдали кролика. Мы их разводили, у нас был кролик Бабочка, он маленький, а мы его до девяти килограммов раскормили, там такой блюбумбум был.

Чем вы больше всего гордитесь?
Успехами своими я горжусь, конечно, но под одеялом, я их не выпячиваю. Говорю себе иногда: "Стой-стой, раздулся уже как жаба по весне, хорош тут, а то лопнешь". Хотелось бы говорить о гордости за сына, он у меня был спортивным, потом отошёл, за дочь, которая безо всякого протеже занимала приличный пост. Горжусь родителями, которые вырастили нас троих, горжусь дедами, которые полегли на "Голубой линии" (рубежи обороны немецких войск на краснодарско-таманском направлении, – Прим. ред.). Горжусь, что живу в России. Единственное, жалею, что нашу Россию пинают так, а я хочу, чтобы было, как в 70-е годы, когда я впервые поехал в Германию и там перед нами чуть ли не снимали шляпу. Хочу опять, чтобы мою страну уважали, а я ею гордился заслуженно. Хочу, чтобы вернули флаг на Олимпиаде, вернули гимн. Надо навести порядок, а то у нас дают задания, но ничего не контролируют, а надо ввести контроль.

Чего вы боитесь?
Боюсь, что к руководству придут жестокие люди. Я плохо сплю и иногда думаю, что нас не станет, останутся наши дети, как они будут без нас, как внуки? Мы-то прожили очень счастливую жизнь. Боюсь, чтобы не наделали глупостей, потому что мозги начинают появляться ближе к сороковничку, полтинничку. А когда возраст, то иногда едет сзади автомобиль, сигналит-сигналит, думаешь, как сейчас выйду, как дам, а потом начинаешь вспоминать, а куда ты выйдешь, а куда дашь? Уже не такой резкий и быстрый, можешь и сам получить.

О чём вы больше всего жалеете?
Я сожалею, что наша страна не смогла перестроиться в 90-е годы, сожалею, что мы с отцом спорили, он говорил, что Михаил Сергеевич и Ельцин принесли свободу, но такая свобода не нужна. Сожалею, что ребят многих в 90-е называли бандитами, но они не бандиты, а предприниматели, инициативные люди. Их лучшая часть могла бы продвинуть нашу страну, а половина погибла в этих разборках. Я сожалею об интеллигенции нашей, которая стояла потом возле Ельцина на танке или когда Горбачёв говорил о перестройке, но забыл говорить о перестрелке. Мы с отцом очень часто спорили, он мне рассказывал про Ельцина, а я немного больше знал, пытался ему что-то объяснить, а он говорил: “Ничего страшного, образумится”. Но, к сожалению… Чего я больше всего боюсь – развала страны, гражданской междоусобицы. Ещё сожалею о пересмотре войны Великой Отечественной, сожалею, что от нас отваливается Украина, что белорусы белорусят там. Может, это високосный год? Все новости тяжёлые, я уже жду, когда закончится он.

Какой лучший совет вам давали в жизни?
Мне было 22 года, у нас были немножко непорядки в семье. Я такой здоровый, государство растило-кормило, талоны давали на питание, спортивный же человек был. Я думал, что поеду, папу своего приструню, поговорю с ним. Мы вышли во двор, отец в такой майке солдатской и чёрных трусах семейных, я такой красивый, борзый, отцу начал что-то высказывать. Он так стоит, похлопал по плечу и говорит: “Сынок, ты сначала проживи, а потом учи”. Я уже приблизился к возрасту, когда его не стало, а это "сначала проживи, а потом учи" я всё время помню.

Чтобы быть хорошим тренером нужно…
Работать. Арбайтен, арбайтен и ещё раз арбайтен. Тогда даже неталантливых детей всё равно на средний уровень вытащишь.

Чему вас научили женщины?
Ооо… ничему. Клянусь, они до сих пор меня ничему не научили, для меня это загадка. Они живут в другом мире, в другом измерении и нам, мужчинам, никогда их не понять. А те, кто говорят сейчас с экрана, пишут красивые книги – они сами на эту удочку попадаются.

А вы чему учили женщин помимо спорта?
(Смеётся). А это военная тайна, пусть это будет небольшой загадкой.

Что бы вы сказали тому, кто будет читать это интервью?
Я бы пожелал прежде всего здоровья, на своём опыте узнал, что нужно здоровье, мира, потому что самый худой мир лучше, чем разборки. Я бы пожелал, как у меня все девушки говорят, любви, а также успехов в жизни. Чтобы побольше было детей, внуков, жить для семьи и страны. И не забывать, живя в обществе, что-то делать для него, а не только брать.