На Первом канале вышел сериал "Триггер" о психологе Артёме Стрелецком (Максим Матвеев), который практикует провокативную терапию: лечит пациентов, унижая и вводя их в состояние шока. Metro расспросило психолога Сергея Насибяна, который является прототипом главного героя, где в сериале правда, а где выдумка.

Как получилось, что вы стали прототипом героя сериала?

Продюсер Александра Ремизова познакомилась со мной через студентов, проходивших у меня когда-то треннинг, и попросила проконсультировать о работе психолога. Я ей рассказал о разных психологических методиках, и убедил, что никакой, кроме провокативной, показывать по телевизору нет смысла, потому что это незрелищно. Она предложила снимать сериал про мою работу, но автобиографичным этот сценарий называть не стоит.

Узнаёте себя в Матвееве? Внешне вы не очень похожи.

Внешнее сходство не очень сильное, конечно. Но, люди, которые меня хорошо знают, даже мои родные заявляют, что Максиму удалось передать мой взгляд, когда я смотрю на клиентов, мои повадки. Признаюсь, мне трудно смотреть сериал, потому что слышу свои речевые обороты, интонации.

Насколько сериал получился реалистичным?

Все описанные в сценарии истории взяты из моей практики. Но они изменены до неузнаваемости. В чём-то приукрашены, в чём-то, наоборот, сокращены в трагичности. При этом надо понимать, что, во-первых, провокативная терапия так не выглядит. Никто никого не поджигает в сараях и не топит в воде. Во-вторых, описаны только случаи, в которых провокативная терапия помогла. А она помогает не всегда и не во всём. И провокативный метод ни в коем случае не отменяет долгосрочной адекватной терапии. 

В чём смысл провокации? Артёма из сериала иногда хочется убить за его издевательства над пациентами.

Суть заключается в том, чтобы спровоцировать глубинную установку или убеждение, которые мешают клиенту увидеть ситуацию по-другому. Чаще всего в таких случаях используется юмор. Например, вы попросили бы меня о встрече, чтобы обсудить свою проблему. Я сделал бы вид, что опаздываю, а сам сидел бы за соседним столиком и наблюдал за вашей реакцией, которая бы мне сказала о вас больше, чем слова.

Есть грань в провокациях, за которую вы не заходите? Например, нельзя оскорблять, унижать человека.

Конечно, я могу вас оскорбить. Если это нужно, я могу вас обзывать до тех пор, пока вы не противопоставите мне что-то. Тогда мы будем разбираться: "Почему столько времени тянули?"  Нужно вызвать реакцию, чтобы потом разбираться, почему именно эта реакция, почему именно в этот момент. Но у клиента должны быть глубочайшая уверенность в терапевте и доверие. В то же время и сам терапевт должен быть готовым к провокации. Ведь у человека может быть какая угодно реакция. Может накинуться, например. Если психотерапевт не будет готов к подобного рода последствиям, то больше клиент за ним не пойдёт. Психолог должен быть личностью со своей историей, опытом.

Через вас проходит очень много людей. Можете выделить общую психологическую проблему, которая чаще всего встречается у современных людей?

Общей проблемой на протяжении последних пару тысяч лет является одиночество. Просто это одиночество заворачивается в разные рамки: социальные, материальные, духовные. Глобальная проблема человечества, на мой взгляд, – это глубинные внутренние конфликты, которые передаются по наследству культурным путём. Например, конфликт между "хочу" и "должен". Люди путают эти два понятия. Думают, что если отменить долженствование, то жизнь остановится. Но это неверно. Потому что, если отменить долженствование, люди начнут делать всё от души и от сердца.

В соцсетях сейчас модно делиться интимными переживаниями и травматическим опытом. Насколько такой душевный стриптиз полезен?

Я много лет изучаю индийскую культуру и философию и могу сказать, что в отличии от нас в Индии не существует интимного пространства. Индийцы проживают всё вместе: и горе, и радость, и счастье, и болезни. Наши предки тоже так жили до тех пор, пока мы не приняли европейский образ жизни. И мы, как и все европейцы, закрываемся в своих переживаниях и подавляем их. Депрессия – это подавление. Поэтому, когда у нас есть возможность поделиться со всеми переживаниями – это очень хорошо. Но на Facebook ты закрыт аватаркой, это не совсем ты. Поэтому посты в соцсети – это чаще всего некая спекуляция для получения внимания. Я бы посоветовал походить на групповую терапию.

Я стараюсь плохой опыт просто забывать...

Это очень инфантильная, детская позиция – я всё забуду, значит, ничего не было. Но вы ничего не забываете. Наше сознание помнит абсолютно всё, что с нами происходило. Даже пока мы с вами сидим и разговариваем, в ваше сознание проникли и каждая машина, проехавшая мимо, и каждый человек, который прошёл, и разговоры за спиной. Просто ничего из этого не сработало негативным триггером. Но если вы услышите в разговоре за соседним столиком значащую для вас фразу, то это введёт вас в транс, и вы даже не поймете, почему у вас испортилось настроение. Так работает бессознательное.

Просто не хочется мусолить болячки...

Мусолить и не надо. С помощью терапии вы будете развивать ваш эмоциональный интеллект, научитесь переживать эмоции, их передавать, получать. Это эмоциональный интеллект – то, чего очень сильно не хватает нашему обществу, поэтому мы такие одинокие. Поэтому я и популяризирую психологию, стараюсь показывать, что учиться осознавать свои мысли и переживания гораздо полезнее, чем водку пить с товарищами, и рассказывать, какая жизнь тяжелая.