Дочь Сергея Скрипаля впервые после выхода их больницы согласилась встретиться с журналистами. Представителям Reuters она представила два рукописных заявления, на русском и английском языке.

Для BBC она записала видеобращение. Ни на какие вопросы она отвечать не стала.



"Я убедительно прошу всех уважать мою личную жизнь, и личную жизнь моего отца. Нам необходимо время для полного выздоровления и принятия всего произошедшего", – говорит она в видеообращении.

Также она отметила, что "признательна российскому посольству за предложенную помощь", но сейчас она не готова, и не хочет ею воспользоваться.

Пресс-секретарь президента РФ Дмитрий Песков прокоментировал НТВ эту новость следующим образом: "Мы не можем быть до конца уверены, в каком состоянии она находится, оказывается ли на нее какое-то давление, где она находится… делала ли она заявления по своей воле".

Сама Юлия и в письмах, и в видеозаписи подчёркивала, что "никто не должен и не может говорить" за них с отцом.
Письма Юлии по просьбе Metro оценила руководитель Центра изучения почерка "Современная Графология" Ирина Бухарева:

Есть две версии письма. Ходили уже такие слухи, что они написаны не одной рукой. Вероятнее всего, это одна и та же рука. Точные эксперртизы, к сожалению, проводятся только по оригиналам, но я, как и все, видела лишь копии. Она сама по себе очень неуверенный человек, ведомый, эмоциональный, чувствительный. Об этом говорит её перечёркнутая подпись, исправления, затемнения в буквах. Совокупность этих признаков говорит о том, что она не лидер по натуре, ей проще быть как все. Также ей важно быть среди людей.
Когда она делала видеобращение, было ощущение, что она произносит заученный текст. Хотя в почерке в принципе ничто не указывает на то, что на неё давили. Я не увидела сильного контроля, я увидела расстройство эмоциональное, что она действительно хочет, чтобы её оставили в покое и очень переживает внутри себя. Об этом говорят, например,  подпрыгивающие буквы и волнообразные движения при письме.