История 24-летней Юлии Алпатовой из Рязани, которая нашла биологических родителей в Белоруссии спустя 20 лет разлуки, заинтересовала даже британцев – о ней вышла статья на the Sun. Репортёр Metro пообщался с Юлей и её сводным братом Евгением, чтобы узнать подробности.

"Маленькая девочка, которую отец потерял в поезде, наконец-то воссоединилась с родителями!" – говорится в статье the Sun.

Пресс-служба белорусского МВД раскрывает детали: Юлия потерялась 4-летней девочкой, когда отец вёз её на поезде Минск – Осиповичи. "Два дня отец и мать блуждали по станциям в надежде найти ребёнка: спрашивали уличных продавцов, расклеивали фотографии, общались с пассажирами, обследовали все колодцы в округе. Когда поиски не увенчались успехом, безутешные родители обратились в милицию".

Но даже милиция не смогла ничего поделать. К счастью, 20 лет спустя молодой человек Юлии Алпатовой Илья Крюков позвонил в дежурную службу пуховичской милиции. Он провёл собственное расследование, узнал, что девочку разыскивали в Белоруссии примерно в то время, когда потерялась его возлюбленная.

После этого Юля приехала в Белоруссию, где встретилась с Виктором и Людмилой Моисеенко. И с успехом прошла тест на ДНК – он показал, что родители и правда её. Они рассказали дочери, что 20 лет назад какие-то люди выкрали девочку у Виктора, с тех пор мысли о ней их не оставляли, они делали всё, чтобы найти её, но всё было тщетно.

ИСТОРИЯ ЮЛИ

– Не помню, как потерялась, – рассказывает Metro Юлия. – Как мне говорили опекуны, в детстве я им рассказывала, что ходила с какими-то дядей и тётей, мы собирали деньги. Жили в заброшенных домах, спали на полу. Много прятались от милиции. Жили так недели три. Пока однажды они меня не оставили на вокзале в Рязани. Хорошо, не в лесу, хорошо, что была живая. За всё нужно благодарить бога. Он всё расставил по своим местам!

Милиционеры нашли девочку и привели её в социально-психологический центр для поддержки детей, которые оказались в сложной жизненной ситуации, где она провела полгода.

– За мной пришла мама, Ирина Алпатова. На меня оформили документы. Она спросила: "Пойдёшь ко мне жить?" Я говорю: "Ну, если только морковкой кормить будешь!" Она меня и забрала. Так у меня появились мама, папа, два брата. Это было такое счастье! Опекуны дали мне столько, сколько иные родные родители не дают. Хотя я была чужой им по крови. Я сразу стала называть их папой и мамой, почувствовала родство. И сейчас его ощущаю. Язык не поворачивается называть их приёмными.

Юлия встречалась с биологическими родителями, Виктором и Людмилой Моисеенко, уже несколько раз. При этом нематериальную связь с ними она ощутила не сразу.

– Сначала даже на "вы" к ним обращалась. Но потом само стало изо рта вырываться: "Мама, не плачь, не переживай!" Первая встреча продлилась недолго, мы успокаивали больше друг друга. Я расчувствовалась. Плакала не только я. Все плакали! И мои родители, и эти мама с папой.

Юля Алпатова.

Юля Алпатова.

VK/Юлия Алпатова, Другой

Фото:

В детстве Юля по-разному думала о своих настоящих родителях. Иногда плохо – в те моменты, когда была уверена, что её бросили на вокзале. То вдруг начинала сама их искать, заглядывала в Интернет, хотела найти какие-то зацепки.

– Знаете, на родителей нет никакой обиды, они ни в чём не виноваты. Будем теперь постоянно навещать их, общаться, созваниваться. Всё у нас будет хорошо! С внучкой, пятилетней Кариной, я их пока не сводила, но они общались по видеосвязи.

По образованию Юлия Алпатова – товаровед, но сейчас учится на втором курсе – хочет быть фармацевтом. Ребёнок у неё от первого брака, который распался.

МНЕНИЕ БРАТА

В семье опекунов Юлии всё спокойно – приёмные родители (Олег и Ирина) очень рады, что их дочка наконец нашла свою белорусскую семью.

– К тому, что Юля нашла биологических родителей, я отношусь положительно – не у каждого потерянного ребёнка есть шанс узнать, кто ты, откуда, какие твои корни, – рассказывает Metro сводный брат Юлии Евгений Алпатов. –  Она теперь знает, что её не бросили, что её искали и ждали, и самая главная загадка её жизни теперь решена. Когда Юля пришла к нам в семью, мне уже было 11 лет, я понимал, что она не родная, но со временем эти границы стёрлись. Сестра она и есть сестра, и останется моей сестрой навсегда!

Евгений уверяет, что его родители были рады, когда узнали о воссоединении Юли с Виктором и Людмилой.

– Мы не знали, что её ищут, всё-таки она пропала в другой стране, – продолжает Евгений – Думали, что её бросили. Конечно, в голове у неё всегда были вопросы, почему это произошло, но в глубине души, думаю, у неё была надежда, что всё произошедшее просто чудовищная ошибка, и она просто потерялась.

В семье Алпатовых Юля всегда чувствовала себя родной и росла нормальным, счастливым ребёнком.

– Наши родители обладают большим сердцем, и любви всем доставалось одинаково, никогда нас не делили на родных и неродных – все были своими. Два старших брата для Юли, конечно, стали огромным плюсом, мы всегда за неё заступались. Юлина благодарность заключалась в том, что она нас называла братьями, а родителей – папа и мама, большего нам и не нужно. Мы уже давно считаем все друг друга родными, так что какая тут благодарность, мало кто благодарит родных за то, что он живёт в семье!

Юля с братом Женей.

Юля с братом Женей.

Скриншот Instagram/iuliia_gorina, Другой

Фото:

В свою очередь, Виктор и Людмила Моисеенко постепенно отходят от стресса, в котором жили все 20 лет – ведь они не прекращали верить, что их дочь где-то есть, и они когда-нибудь снова встретятся.

Пресс-служба белорусского МВД сообщает, что через два года после исчезновения ребёнка её родители переехали подальше от ж/д станций – настолько невыносимо было смотреть на поезда. Но все это время они продолжали любить и ждать.