30-летний житель Подольска Сергей Игнашин потерял почти всё, что у него было. Успешный юрист собирался жениться на красавице Дарье и строил большие планы на будущее, однако полтора года назад стал инвалидом и частично потерял память из-за страшной травмы головы.

По решению Подольского городского суда, охранник Дмитрий Япринцев, ударивший Сергея и сломавший ему жизнь, отправится в колонию строгого режима сроком на два года, а кроме того, ему придётся заплатить денежную компенсацию в размере 1 млн 250 тысяч рублей. Только это – слабое утешение для Сергея, жизнь которого теперь больше напоминает кошмар.

Репортёр Metro пообщался с мамой молодого человека и его бывшей невестой, а также с врачом, который лечил его сразу после трагедии.

ПРЕСТУПЛЕНИЕ И НАКАЗАНИЕ

Инцидент произошёл 17 апреля прошлого года, когда Сергей пришёл со своей девушкой и её подругой в клуб. В ходе посиделок гости, сидевшие за соседним столиком, разбили кальян. Виновные целиком возместили стоимость причинённого ущерба, однако под удар попал Сергей, хотя не имел к разбитому кальяну никакого отношения.

– У сына и его девушки потребовали 8 тысяч за кальян, который они не разбивали, и за который уже заплатили виновные – вся история пошла оттуда, – рассказывает Metro мама Сергея Игнашина Людмила Байкова.

Уже на улице охранник ударил Сергея, и молодой человек получил настолько серьёзную травму головы, что когда вышел из комы, не смог вспомнить ни своего имени, ни своей возлюбленной, с которой встречался несколько лет. (Видео инцидента смотрите ЗДЕСЬ).

Роковой удар.

Роковой удар.

Скриншот Youtube/watch?v=swDiJ-R8Tkg, Другой

Фото:

Помощник подольского прокурора Марина Синькова рассказала "РИАМО в Подольске", что охранник заявил, будто бы конфликт с Игнашиным начался ещё в клубе.

– Со слов охранника, потерпевший оскорблял его и родителей, а пиком стало то, что посетитель кинул в охранника окурок, – сообщила Синькова. – На это потерпевший ответил в суде, что не помнит, что произошло.

Синькова добавила, что смягчающими обстоятельствами суд признал явку Япринцева с повинной, частичное признание осуждённым своей вины, добровольное возмещение ущерба и оказание помощи потерпевшему – охранник вызвал "скорую".

Мать Сергея Игнашина Людмила Байкова уверяет, что на самом деле всё было не так.

– То, что вызвал "скорую" – это со слов Япринцева, они так с адвокатом придумали, – утверждает женщина в беседе с Metro. – Когда делали заключительную судмедэкспертизу, то проверяли карту вызовов "скорой" – там чётко прописано, что вызвал её прохожий. Говорят, Япринцев оказывал и другую помощь – да он даже воды не подал сыну, когда у него просили! Мы категорически не согласны с вердиктом суда.

После инцидента охранник исчез из поля зрения полиции, его даже объявили в федеральный розыск. Когда он всё-таки явился с повинной, то вполне мог отделаться небольшим штрафом.

– Судмедэксперт Данилина считала, что Сергей сам упал – она вообще не увидела удара ногой в голову, – рассказывает Metro адвокат потерпевшей стороны Евгений Зобов. – И дала в суде такие показания – насколько мне известно, она уже уволена. Тогда мы попросили провести независимую экспертизу – комиссия выявила, что слева и справа на черепе Сергея появились трещины, полученные в результате удара тупым предметом. Тогда дело вернули прокурору, чтобы было предъявлено обвинение в причинении двух тяжких повреждений.

По словам Зобова, охранник извинился перед потерпевшим только недавно, столкнувшись с ним в судебном коридоре, при этом за всё время после злосчастного инцидента выплатил потерпевшему лишь 100 000 рублей компенсации.

– Япринцев даже за зелёнку платить не хотел! Мать Игнашина просила компенсировать расходы, но сторона защиты возражала – в результате деньги взыскал суд, – заявил адвокат.

Той компенсации, которую должен выплатить теперь Япринцев семье потерпевших, будет недостаточно. Как рассказала Людмила Байкова, лечение Сергея обошлось ей в 2 миллиона рублей – за полтора года семья по уши залезла в долги.

– Лечение дорогостоящее, – говорит она. – Мы не прекращали его с тех пор, сын постоянно на уколах и таблетках. Сначала каждый месяц ложились в больницу, теперь надо каждые полгода находиться в стационаре, проходить курс лечения, ставить капельницы, делать физиотерапию.

Бывшая невеста Сергея Дарья считает, что Дмитрий Япринцев ещё легко отделался.

– Он практически убил человека! – заявила она Metro. – Сломал ему жизнь, сделал инвалидом. Сергей не может теперь жить полноценно, а Япринцев даже не признал своей вины, хотел уйти от ответственности, намереваясь получить условный срок. Но и за два года в колонии он ничего не поймёт!

РЕАБИЛИТАЦИЯ

Врач-невролог, эпилептолог Игорь Степанищев был одним из первых специалистов, лечивших Сергея Игнашина после трагедии.

– Случай у него неординарный и, к сожалению, тяжёлый, – рассказывает Игорь Львович Metro. – Умный, толковый молодой человек получил сильнейшую черепно-мозговую травму с переломом костей основания черепа. У него были внутричерепные гематомы, ушиб головного мозга. После таких травм восстановиться полностью практически невозможно – будут неврологические, поведенческие дефекты. Пострадали высшие корковые функции мозга, отвечающие за поведение, речь, память, концентрацию внимания. Теперь у него масса проблем – например, то, что было давно, он может помнить, а что недавно – очень быстро забывает.

По словам специалиста, Сергей может тренировать память, ему должны помогать и лекарства – но резервы для улучшения состояния не безграничны. Теперь Сергею нужно будет регулярно наблюдаться у неврологов, психологов и, если нужно, у психиатров.

– У него есть очаговые неврологические симптомы, так как прилично повредилась ткань мозга, – продолжает эксперт. – Кроме того, на фоне тяжёлой черепно-мозговой травмы у него развились психопатические и психопатологические черты. То есть, он может просто так обидеть человека – маму, девушку, сказать им обидные слова. Это всё из-за повреждения лобной доли мозга. По сути, Игнашин застрял в подростковом возрасте, у него появился инфантилизм. Он любит теперь общаться не со сверстниками, а с подростками, с которыми обсуждает компьютерные игры. Судя по всему, восстановление его когнитивных функций и интеллекта резко замедлится. Да, будет положительная динамика, но к своему прежнему уровню он вряд ли вернётся. Становиться самим собой он сможет на час, на день-два, но потом все проблемы будут возвращаться.

Врач, лечивший Сергея Игнашина.

Врач, лечивший Сергея Игнашина.

предоставил Игорь Степанищев, Другой

Фото:

Людмила Байкова с трудом сдерживает слёзы, когда рассказывает, с какими сложностями приходится теперь сталкиваться её сыну.

– Серёже переломили всю височно-теменную кость, у него с двух сторон было сломано основание черепа – он теперь не может работать ни умственно, ни физически, врачи запрещают ему поднимать больше пяти килограммов, – вздыхает Людмила. – Он в числах и датах путается, ему трудно слова подбирать. У него постоянные головные боли, шумы. Вы знаете, что у него правая сторона была парализована? Слава богу, сейчас он ходит, себя обслуживает. Но с правой стороны у него осталась нечувствительность тела. А ещё у него глаз частично не видит, ухо не слышит.

Девушку Дарью, на которую у молодого юриста были большие планы, он забыл совершенно, зато быстро вспомнил мать и отчима – их он до сих пор помнит хорошо.

– Поначалу сын даже имя своё вспомнить не мог, – говорит Людмила Байкова. – Вместо имени набор каких-то цифр произносил. Сейчас показываешь ему фотографии – кого-то узнаёт, кого-то нет. Иногда ему кажется, мама всё придумала, он не верит. Покажешь фотографию, он смотрит – вроде стоит вместе с человеком, о ком шла речь, но не может его вспомнить. Иногда по телевизору услышит название какого-нибудь города, например, Красноярска, и говорит: “Ну мы ж там были?” А мы там не были никогда.

Бывает, что проблемы с памятью очень сильно расстраивают Сергея – особенно если он забывает важные даты, которые в прежней жизни всегда прекрасно помнил.

– Например, он забыл про мой день рождения, – поясняет Людмила. – Я ему говорю: “Сыночек, сегодня какое число?” А он удивлённо спрашивает: “И какое же?” Я отвечаю, что 12 октября. Тогда он пытается вспомнить и говорит: “У тебя же день рождения! Прости меня, мама”. Очень огорчился из-за этого. Я его долго утешала. А знаете, у него раньше отличная память была. Он был в ладах с цифрами, хорошо усваивал математику. Начитанным был, у него были замечательные сочинения. Хорошо учился, получил юридическое образование. А теперь слова путает, названия тоже. Хочет что-то сказать, и не знает, как. Смотрит на меня: “Подскажи”. Знаете, как у инсультников бывает, когда их заново учат говорить. Они вроде иногда что-то понимают, а сказать не могут.

Сергею стало намного сложнее ориентироваться в пространстве – он не запоминает сложные маршруты, начинает сильно нервничать, если приходится отклоняться от привычной дороги. И в то же время считает себя здоровым, не замечает своих проблем.

– Когда у него сильно пострадала голова, нам говорили, хорошо, что Сергей выжил, радуйтесь! – вспоминает Людмила. – Когда поставили на ноги, сказали – радуйтесь, что не прикован к постели и ходит сам. Когда стал вспоминать что-то частично, назвал себя, маму – снова сказали, что надо бы радоваться. Вот мы и радовались, но когда прогресс остановился, стало уже грустно.

Людмила отметила, что её сын, ко всему прочему, стал очень нервным – и за его эмоциональным состоянием тоже приходится постоянно следить.

– От волнений у него усиливаются головные боли, нервозные состояния. Бывает, люди от усталости, от эмоций могут вспылить, но потом успокаиваются, когда проведут анализ своим поступкам – но у него этого нет. Он не может здесь быть поспокойнее, тут – поскромнее. Он теперь легко возбудимый. А когда-то был совершенно спокойным.

ПОЛОМАННЫЕ СУДЬБЫ

Первое время после трагедии Дарья ещё встречалась с Сергеем, но он никак не мог вспомнить свою возлюбленную, так что их отношения начинались с чистого листа. Увы, лишь в романтических фильмах такое бывает, что подобные трагедии ещё сильнее сближают влюблённых, и вместе они могут преодолеть любые преграды. На фоне пережитого стресса у Даши вскоре испортилось здоровье. И при этом девушка долгое время помогала Сергею, чем могла.

– Я просила Дашу иногда подменять меня в больницах – бывало, что спать удавалось только час, максимум два в сутки, – рассказывает Людмила. – У Серёжи бывали сильные головокружения, приходилось вдвоём его держать, чтобы он ходил из одного медицинского кабинета в другой. Раньше Даша помогала, ездила по больницам для подстраховки, так как приходилось всё время держать Сергея за руки, водить его.

По словам Людмилы, сейчас Дарья такую помощь уже не оказывает – её отношения с Сергеем зашли в тупик, и молодым людям пришлось расстаться.

– Мы действительно с ним расстались, – подтвердила Даша Metro. – Но остались отличными друзьями! (Подробное интервью с Дарьей читайте скоро на сайте metronews).

Дарья.

Дарья.

Скриншот Instagram/daria_piterya_, Другой

Фото:

Людмила всё понимает и не обижается на девушку, считая, что теперь Сергей – это её крест на всю жизнь.

– Конечно, они с Дашей уже не вместе, – говорит женщина. – С тех пор они и вместе-то практически не бывали – я его возила на операции, то в одну больницу, то в другую. И потом, понимаете, поначалу была надежда, что человек поправится, а когда уже такие проблемы – это только мамин крест, который я буду носить, пока жива. Ведь Сергей – мой единственный сын. Отец с ним не общается, повезло, что отчим у него хороший, содержит нас. Ну а Дарья – молодая девушка, зачем ей это? Понимаете, Сергея всего лишили – и семьи, и будущих детей. Они с Дашей планировали пожениться, уже практически дату назначили... Да, они всё ещё общаются. Он может позвонить ей в любое время, написать. Но и только.

Людмила с болью в сердце вспоминает, каким был когда-то её сын – молодым, перспективным, амбициозным. Но один-единственный день перечеркнул всего его старания, убил мечты.

– По молодости ему хотелось работать там, где больше платят, он желал стать независимым, – рассказывает она. – Когда переехал в другой город, начал готовиться к свадьбе, так там пришлось новую работу искать, брать ночные подработки. Хотел сам заработать на свадьбу, мужиком себя показать. А вообще, он был обыкновенным молодым человеком. В свободное от работы время любил рыбачить, в лес ходить, грибы собирать. Увлекался компьютером, с друзьями охотно встречался. Сейчас у него из гаджетов – телефон, иногда он читать пытается, но очень уж быстро устаёт. Друзей у него мало – многие после тех событий отсеялись. Правду говорят, что такие случаи – хорошая проверка для дружбы. Некоторые друзья остались, поддерживают, звонят. Но всё равно общение уже стало другим.

Почти всё своё свободное время Людмила уделяет сыну, поэтому ей практически не удаётся отдыхать, отмечать праздники, просто радоваться жизни.

– Сейчас не до отдыха – да и не на что отдыхать, – вздыхает она. – Вот сына снова в больницу кладут, потом нужно будет инвалидность продлевать, её ведь требуют подтверждать каждый год, всё придётся заново оформлять. Не до праздников, не до отдыха. Хорошо, ещё крёстная помогает, есть и другие родственники, которые дают нам денег – в противном случае мы бы просто не справились. Нужно как-то принять это всё, смириться, и жить дальше – правда, не знаю, как это сделать... Нужно ведь и своё здоровье оберегать, чтобы сына поддерживать. Ведь я его люблю. Для меня, как для мамы, он всё равно самый лучший.