На сцене РАМТа идёт спектакль "Последние дни", главными героями которого стали Александр Пушкин и Пётр Первый. Корреспондент Metro поговорил с режиссёром Алексеем Владимировичем Бородиным о смысле постановки и роли театра в современном мире.

В вашем спектакле, основанном на пьесах Михаила Булгакова и Бориса Акунина, много исторических личностей: Пётр Первый, Александр Пушкин, царевна Софья... Вы не боялись, что некоторые зрители попросту запутаются в именах?
Мне кажется, что зритель, который очень плохо учился в школе, в театр не ходит. (Смеётся.) Ну, а если же он всё-таки придёт и запутается, у него возникнет некое любопытство... Я даже слышал случайные разговоры зрителей о том, что надо прийти домой и перечитать "Медного всадника". И это прекрасно, что у публики такая реакция. Ведь театр не должен всё разъяснять, а должен подталкивать людей к изучению новых тем.

Борис Акунин принимал участие в постановке?
Борис сейчас не живёт в России, поэтому мы всё с ним согласовывали по Интернету. Он, конечно, очень волновался, что в итоге получится. Вот отправили ему запись спектакля – обещал посмотреть.

В "Последних днях" у вас очень аскетичные декорации. Это какой-то театральный приём?
Мы ставили перед собой задачу создать жёсткую среду, в которой находятся герои. Хотели уйти от иллюстративности, ведь даже костюмы всех персонажей не чисто исторические, а стилизованные, вневременные.

Вы сразу решили, что актёры будут играть по несколько ролей в постановке?
Да. Актёрам нравится, что в одном спектакле они могут сыграть сразу двух противоположных персонажей. Трудностей с освоением материала не было – они достаточно быстро переключаются с одной роли на другую.

Наталья Пушкина получилась у вас очень ветреной особой. Почему вы её представили именно такой?
Наталье было очень тяжело жить с творческим Пушкиным – ей просто хотелось женского счастья. Поэтому её увлечение Дантесом, которое обернулось трагедией, стало в какой-то степени попыткой самореализации. Нет, я бы не назвал её ветреной – она ни в чём не виновата.

Почему же вы не вывели на сцену самого Пушкина? Я его ждала...
Мы пошли по стопам Булгакова, который в своей пьесе дал понять, что поэт есть, но в то же время его нет для этого жестокого мира. Мне эта идея очень понравилась. Да и сами посудите: вывести на сцену человека, загримированного под Александра Сергеевича, в XXI веке было бы глупо.

Во второй части спектакля вы сталкиваете лбами Петра Первого и Василия Голицына. Кто из этих исторических персонажей вам симпатичен?
Если честно, я сочувствую Голицыну. Все его преобразования были настолько правильные и интересные... Но парадокс заключается в том, что осуществлять их можно было бесконечно долго и они не привели бы к такому рывку, какого добился Пётр. Великий царь, конечно, сделал много для нашей страны, но способы, благодаря которым он достигал своих целей, праведными не назовёшь. Его реформы стоили жизни тысячам людей.

Премьера "Последних дней" отгремела. Над какими проектами вы трудитесь в настоящее время?
Буквально недавно мы показали нашу долгожданную детскую постановку "Четвёртый богатырь" (режиссёр Наталья Шумилкина). Основана она на пьесе замечательного и очень талантливого драматурга Родиона Белецкого, который написал её специально для нашего театра. Очень ею гордимся. А ещё планируем в скором времени выпустить спектакль по волшебной повести Погорельского "Чёрная курица". Режиссёр Екатерина Половцева уже приступила к репетициям. Нам очень важно, чтобы детский театр жил.