Четвёртого декабря в рамках фестиваля Sound Up 42-летний внук великого композитора Сергея Прокофьева даст в Москве концерт, в котором с лёгкостью соединит классическую музыку и электронику. Мы уже послушали музыканта и поговорили с Габриэлем о том, как его достали вопросы про деда.

Вы живёте в Лондоне, в Москву приезжаете с концертами, что в этот раз ждать?
Это будет портретный концерт. Слушатели смогут познакомиться с теми вещами, над которыми я трудился на протяжении всей своей карьеры. Они узнают меня как композитора. Ну и гвоздём программы должен стать "Концерт для вертушек с оркестром", он очень важен для меня.

То есть, это будет не совсем классический концерт?
Классический. Просто в качестве одного из главных солистов будет выступать ди-джей. Смысл в том, что главные партии будут исполнять не только те люди, которые играют на фортепиано или на скрипке. Это сделано для того, чтобы органично вписать классическую музыку в современную жизнь. Когда зритель видит, что на сцене не только хорошо знакомые ему инструменты, но и ди-джей, задающий общий темп как в каком-то ночном клубе - это здорово. Это меняет восприятие классической музыки.

Мне кажется, такая смесь наоборот отталкивает зрителя.
Не совсем так. Просто каждый услышит на таком концерте то, что ему по душе. Кто-то лучше воспримет ритмы клубной музыки, кто-то партии на традиционных инструментах.

Как часто тебя спрашивают про деда?
В России – постоянно. В Лондоне – иногда. Я очень мало говорю о дедушке, так как большинство моих друзей и знакомых и так знают, кто он такой.

Давайте вспомним самый популярный вопрос.
Вот люди время от времени интересуются: почему Прокофьев не остался жить в Париже и вернулся? И я отвечаю, что он был влюблён в Россию, это была его Родина и именно в России он написал свои лучшие произведения. Правда, позже у него начались проблемы с правительством, но это уже другая история. Меня спрашивают: вдохновляет ли меня дед? Конечно, это так. Часто работа ему давалась очень непросто, но он был настоящим фанатом своего дела. Он был невероятно увлечён музыкой. В тоже время я не могу сказать, что есть какое-то его произведение, которое я очень люблю.

Раздражает, когда тебя постоянно представляют как внук Прокофьева?
Нет. (Улыбается.) Для меня очень важно, чтобы я держал свою работу отдельно от его творчества. Мне нужно больше работать над собственной уникальностью.

Где ты учился музыке?
Я начал сочинять музыку в Бирмингемском университете, а затем в Йоркском университете в Великобритании.

Это музыкальные университеты?
Нет, там просто хорошие факультеты музыки. Я параллельно изучал музыку и философию. В консерватории никогда не учился.

Почему?
В молодости я побаивался идти в любую консерваторию, которая называлась в честь Прокофьева. Мне было как-то неловко. В университетах было много свободы, и именно там я начал любить электронную музыку. Это помогло мне сформироваться как творческой личности.

Когда ты бываешь в России, ты чувствуешь что-то особенное?  
Я правда чувствую себя здесь комфортно. Я чувствую публику, я чувствую, что люди действительно слушают мою музыку и понимают её. И мне это нравится. Я действительно чувствую хорошую связь с Россией.

Пианист Мацуев говорил мне, что русская публика требовательная и её очень сложно завоевать. Ты согласен?
Я бы сказал, что российские зрители внимательны и любопытны. Они пытаются осмыслить то, что слышат. У многих хорошее музыкальное образование. В России умные слушатели!