Имена этих российских киноклассиков, признанных во всём мире, знает каждый, но вот картины смотрели единицы. Устроители мини-ретроспектив Эйзенштейна, Тарковского и Ромма решили исправить несправедливость и не просто показать картины на большом экране, но и пригласить экспертов, которые смогут объяснить, почему современный зритель должен обязательно это увидеть.

– Эйзенштейн и Тарковский – две вершины российского кино, именно по этим фигурам наше кино знает весь мир, – рассказал Metro киновед и куратор этого проекта Всеволод Коршунов. – Ромм – своеобразный мостик между ними. Младший коллега Эйзенштейна, именно он должен был играть английскую королеву Елизавету в третьей серии "Ивана Грозного" (материалы кинопроб сохранились). И именно Ромм был мастером Тарковского во ВГИКе. Кроме того, все три автора были не только практиками, но и теоретиками. Их разработки, статьи, конспекты лекций по кинорежиссуре изучают во всём мире по сей день. Нам захотелось проследить эти взаимосвязи – и исторические, и биографические. С одной стороны, Тарковский – это в некотором роде "анти-Эйзенштейн". Например, "Андрей Рублёв" построен как дискуссия с "Иваном Грозным". Но, с другой стороны, между этими художниками есть тесные взаимосвязи, в которых очень интересно разобраться.

Начнутся показы с изучения четырёх лент Эйзенштейна: "Стачка", "Броненосец "Потёмкин", "Александр Невский" и "Иван Грозный".

– Без Эйзенштейна нет кинематографа, это один из столпов кино. Монтаж аттракционов, вертикальный монтаж, интеллектуальный монтаж, концепция цветового кино в противовес цветному – всё это успешно используется и режиссёрами авторского кино, и режиссёрами блокбастеров, – говорит Коршунов. – В фильмах Хичкока или Спилберга легко найти "торчащие уши" Сергея Михайловича. Наследие Эйзенштейна растворено в современном кинематографе. Вот почему я говорю, что Эйзенштейн и кино – практически синонимы.