Три года назад, во Всемирный день кошек, умерла 16-летняя пушистая красавица Дарья Сергеевна. Фотограф Мария Ионова-Грибина впервые рассказала Metro её историю, а также о проекте, который до сих пор вызывает много споров у почитателей её таланта.

КОШКА ДАРЬЯ СЕРГЕЕВНА

Мария сняла почившую кошку в рамках своего проекта Natura morta. И только сейчас хозяйка животного разрешила ей опубликовать снимок.

– В тот печальный день мне позвонила подруга, – вспоминает Мария в беседе с Metro. – И сказала: "Прошу срочно сфотографировать мою кошку, её сегодня усыпили. Она мне очень дорога. Мы вместе прожили много лет, я сильно переживаю из-за её смерти. Я не смогла достойно с ней попрощаться. Для меня съёмка будет актом прощания". Я попросила подругу купить цветы, она сходила за ними в ближайшую лавку. Я приехала, мы вышли с подругой на крышу, где я украшала умершую кошку цветами, фотографировала. Я была очень рада помочь. Это, кстати, была последняя фотография, сделанная в рамках моего фотопроекта Natura morta. Но если появятся схожие истории, конечно, возобновлю съёмки.

Хозяйка кошки Манона отреагировала на потерю болезненно, но съёмка помогла ей справиться с горечью утраты. "Всем, у кого есть пушистики, я хотела бы сказать: пожалуйста, берегите своих маленьких друзей, тщательно осматривайте их на предмет болячек и опухолей и следите за их настроением, – написала она у себя на страничке в Instagram в день расставания. – Чтобы однажды вам не пришлось, обливаясь слезами, извиняться перед ними и не услышать прощения. Не пришлось увидеть, как жизнь уходит у вас на глазах с каждым вздохом. Как пустеют те самые глаза, которые ещё недавно испепеляюще смотрели на тебя и просили еды. Твои любимые масляные глазки! Если однажды случится так, что придётся усыплять своего маленького друга, пожалуйста, делайте это у себя дома, в привычной для вашего пушистика обстановке. Моя кошка умерла в тревоге. Да, она готовилась к смерти, потому что тяжело болела. Но именно в тот момент, там, в незнакомой комнате, в полумраке, на холодном столе, именно там она умирать не хотела. Я никому не пожелаю того, что видела, находясь с ней наедине, когда она засыпала навсегда. Остро захотелось, чтобы прощание с моей девочкой было совсем другим. И тут мне вспомнилась Маша, у которой был фотопроект Natura morta...

Кошка Дарья Сергеевна.

Кошка Дарья Сергеевна.

Мария Ионова-Грибина, Другой

Фото:

Прошло три года – та фотография по-прежнему хранится у хозяйки кошки, а сама она продолжает вспоминать Дарью Сергеевну.

– После смерти Дарьсергевны (именно так она и пишет кличку кошки. – Прим. ред.) я год не могла прийти в себя, перед сном включала записи на Youtube с мурчанием котиков, – рассказывает Манона Metro. – Думала, не смогу больше завести домашнее животное, но судьба распорядилась иначе. И теперь у меня трое мурчащих. Конкретно Машина фотография вызывает противоречивые эмоции. С одной стороны, слёзы наворачиваются и в памяти всплывает день смерти, с другой – приятно вспоминать, как Маша отозвалась на мою просьбу и как мы проводили кошечку. Вспоминаем её часто всей семьёй и друзья вспоминают. Я периодически оговариваюсь, называя нынешнюю кошку её именем...

NATURA MORTA

Проект Марии начался с того, что однажды, катаясь на велосипеде в шведской провинции Сконе, она наткнулась на мёртвую птицу

– Когда я нашла первую птичку, у меня возникло чувство ностальгии. Вспомнила, как в детстве мы с братом находили в саду умерших животных – мышку, которую задушил кот, или крота, утонувшего в маленьком пруду. Мы с братом хоронили их на опушке леса, устраивали целые похоронные процессии. Украшали могилы камушками, цветами. Это было моё первое знакомство со смертью. Рядом ещё располагалось кладбище, где часто были похороны с оркестром, цветами. Мы подражали тому, что видели. И вот я вспомнила всё это и решила снимать животных, которых находила на велопрогулках. Мне просто хотелось их оставить для мира искусства, ведь через день-два их бы съели черви, их смерть осталась бы незамеченной. В основном, это были сбитые машинами дикие звери. Мне хотелось отдать дань памяти их внезапной смерти. Я везла их в сад, украшала их цветами, собранными рядом с местом их смерти. Съёмки длились обычно около двух часов.

Работы Марии.

Работы Марии.

Мария Ионова-Грибина, Другой

Фото:



Мария утверждает, что работа над проектом была для неё чем-то вроде медитации, способом размышлять на тему жизни и смерти. Кроме того, ей нравилось читать комментарии к фотографиям.

– Кто-то говорил: "Фу, какой ужас!", кто-то: "Это очень красиво", кто-то начинал философствовать, кто-то – вспоминать голландские натюрморты с дичью и цветами. Всё это доказывало, что проект важен и нужен для современного зрителя. Помню, после одной из публикаций в соцсетях даже возник спор – а зачем это делать, что всё это значит? Люди начинали говорить о религии, о собственном восприятии смерти...

Часто фотографа спрашивали, как она взаимодействовала с мёртвыми животными, трогала ли их голыми руками или надевала перчатки, не возникало ли у неё противоречивых чувств, когда она их касалась.

– Я отвечала так: "Вот вы когда идёте в магазин, вы же покупаете там мясо, разделываете его руками, едите. У вас же не возникают всякие мысли. Почему же беззащитное животное, сбитое машиной, выводит вас на такие эмоции, почему вы начинаете задумываться над тем, что это страшно? Почему в этом вы видите больше смерти, чем в тушке курицы на прилавке? Это ведь очень интересный диссонанс. Лично я сейчас - не вегетарианка. Но когда начала заниматься проектом, перешла на вегетарианское питание. И до сих пор этот вопрос остаётся для меня открытым. Думаю, когда-нибудь я ещё вернусь к теме вегетарианства.

Среди героев проекта Марии – ежи, птицы, кролики, белки, кроты. В окружении ярких цветов они не кажутся мёртвыми, словно Мария успела запечатлеть в них последние признаки жизни. Несмотря на большой перерыв, Мария готова возобновить проект, ведь эмоциональные комментарии к тем фотографиям пишут ей до сих пор.

Работы Марии.

Работы Марии.

Мария Ионова-Грибина, Другой

Фото: