Завтра, 1 ноября, в "Олимпийском" выступят легендарные хард-рокеры Scorpions. Один из основателей коллектива, гитарист Рудольф Шенкер, поделился с Metro воспоминаниями о первых концертах в СССР, рассказал, как учился играть на гитаре и что дала ему медитация

Тур, в рамках которого вы едете в Москву, называется Crazy World Tour. То есть это очередной тур, а не очередной прощальный тур?
Да, прощальный же был некоторое время назад.
Мы-то, может, и готовы уйти, но нас не отпускают... Очень мало групп, которые смогли продержаться столько же, сколько мы. The Rolling Stones, The Beach Boys, The Who... Но это то, что мы делали всегда – играли музыку, пытались дать этому сумасшедшему миру (crazy world. – Прим. ред.) ощущение счастья.

К слову о Stones. Летом внимание меломанов было приковано к их туру, поскольку он и вправду может оказаться последним. Вам удалось побывать на их шоу? Вы знакомы?
Конечно, мы знакомы! В рок-н-ролле люди часто пересекаются. Мне кажется, очень здорово, что представители нашего поколения – вчера, кстати, ушёл из жизни Фэтс Домино, печально – собираются и репетируют, играют. Именно мы во многом сформулировали правила музыки, которую играют до сих пор. Очень важно, чтобы люди, о которых я говорю, могли создавать музыку так долго, как это возможно.
Это очень важно и для молодого поколения. Очень много молодых людей подходят ко мне сейчас и говорят: "О, ты вдохновил меня на то, чтобы собрать группу, а сам до сих пор играешь". Да, мы все общаемся: Aerosmith, Bon Jovi, Def Leppard. Мы друзья!

Scorpions начинали в 1965 году. Всего лишь спустя 20 лет после окончания войны. Какая атмосфера тогда царила в Германии?
Мы были подавлены. Многие потеряли матерей, отцов. А мы, молодое поколение, пытались найти себя через музыку, она давала нам ощущение сплочённости. Когда Scorpions отыграли во всех мыслимых местах в Германии, я сказал ребятам из группы, что нам нужно выступать за границей, чтобы люди знали, что в нашей стране есть новое поколение, которое несёт не бомбы и танки, а электрогитары, мир и счастье.
По этой же причине мы нашли возможность приехать в Советский Союз, и это была фантастика! Мы  же стали первой западной рок-группой, которая откатала большой тур от Москвы до Владивостока.

Какие у вас остались впечатления от первого визита в СССР?
Мы даже не подозревали, что люди там знают наши песни! Нас удивило, насколько все приветливы.
Ещё помню, как в 1986 году мы подружились с группой Gorky Park. На концерте у них возникли проблемы с аппаратурой, мы позволили им воспользоваться нашей.

Расскажите, как вы осваивали гитару.
Я очень много слушал Элвиса Пресли, Литтла Ричарда, Джерри Льюиса, но поначалу мне показалось, что научиться играть, как они, очень сложно. Так что я переключился на футбол.
Но потом пришли The Rolling Stones и The Beatles. Для меня это был сигнал. Я где-то раздобыл самоучитель и потихоньку начал осваивать гитару.
Ещё я ходил на танцевальные площадки, там раньше вживую играли группы. Но я, разумеется, танцевать не собирался, я смотрел, как музыканты играют на гитарах, и учился у них.

Как думаете, не теряют ли ваши песни актуальности в период сумасшедших скоростей, развития Интернета?
А что тогда делать с музыкой Вагнера и Моцарта? Она же тоже очень старая.

Всю сознательную жизнь вы рок-музыкант. Есть ли минусы в такой жизни?
Везде есть плюсы и минусы.
Когда я начал медитировать, я понял, что самое главное – быть в гармонии с собой, понять свой путь. Невозможно быть всем. Я сделал правильный выбор, не гнался за деньгами, а преследовал две вещи: хотел стать хорошим музыкантом и иметь много друзей. Это всегда сопровождало Scorpions. У меня была фантастическая жизнь. Я даже не могу желать большего.