В Мосгордуме между депутатами разгорелся скандал из-за защитных масок. На появившейся в Сети видеозаписи заседания председатель думы Алексей Шапошников и другие участники пытаются прервать выступление члена КПРФ Олега Шереметьева и заставить его надеть защитную маску, но тот сопротивляется и просит обнулить время его выступления.

– Я не могу в ней говорить! – протестует депутат. и возмущённо добавляет: – Семенникову можно снимать, Щитову можно, а мне нельзя?

Мы попросили Шереметьева прокомментировать конфликт.

– На входе в зал заседаний нам выдавали маски и перчатки. Я надел, но маска была не такая как обычно, а с клапаном. Может быть, у меня что-то было не в порядке с клапаном – мне было тяжело даже просто дышать, а говорить – вообще крайне сложно, – объяснил он Metro. – Поэтому во время, когда нужно было говорить в микрофон, я маску снял. Тем более, что то же самое делали все, кто говорили с трибун и половина из тех, кто говорил с места, как я.

Трибуны в зале заседаний находятся на безопасном расстоянии от участников обсуждения, а когда депутаты говорят с места – рядом с ними находятся коллеги.

– Да, я задавал вопрос с места, но так же делали половина выступавших, и у них всё прошло совершенно нормально, замечаний никто не делал. Почему, собственно говоря, начали вопить в мой адрес? Дело в том, что это – уже отработанная система у Единой России: когда я начинаю говорить, они сразу начинают вопить, чтобы сбить меня с мысли, не давать высказаться, потратить время моего выступления. Поэтому я и говорил – обнулите счётчик. Потому что там половина уже времени, которое выделяется, была потрачена на их вопли.

Всех, кто ему мешал, Олег Шереметьев перечислил пофамильно:

– Есть вот группа: Батышева, Козлов,  Головченко. Батышева больше всех выделяется. Не было бы этой ситуации – они бы придрались к какому-нибудь слову. То же самое делает Шапошников.

По мнению депутата, коллеги хотели помешать ему, потому что знали, что именно он хочет сказать:

– Рассматривался как раз вопрос о введении штрафов за нарушение карантина. И я собирался высказаться по поводу того, что в законе совершенно не прописано, к кому эти штрафы должны применяться. “К тем, кто виновен в нарушении карантина,” – и всё. Получается, что этот вопрос даётся на откуп полиции, Росгвардии, ГИБДД, – кто остановил человека – тот и решает. Моё основное требование было – чтобы эти вещи были чётко оговорены законом – к кому это может применяться. Мы должны защитить москвичей от произвола тех, кто будет применять этот закон.

Возражает Шереметьево и против прописанных в законе санкций за выезд в город на личном автомобиле, в том числе – конфискации транспорта:

– Иначе, как лоббирование интересов владельцев спецстоянок, я это объяснить не могу. Потому что, наоборот, индивидуальные транспортные средства способствуют тому, чтобы меньше народу пользовалось общественным транспортом, и, соответственно, меньше была возможность заражения. Наоборот, нам нужно сейчас объявлять парковки бесплатными, всячески стимулировать людей, если они куда-то собираются, сесть в машину и ехать в ней и разгружать общественный транспорт. Это самый безопасный вариант!

Решение конфликта в результате нашлось – депутат надел другую маску.

– Я заменил маску на обычную, тканевую, безо всякого клапана, и в ней совершенно нормально можно говорить. Я и сейчас в ней с вами разговариваю