Есть у меня давний, очень хорошо знакомый приятель – известнейшая телезвезда, а с недавних пор одновременно и крупный чиновник. Познакомились в 1990 году, в лучшей тогда советской газете (не называю, чтобы приятеля не просчитали), где он заведовал отделом, а я писал аналитику, прирабатывая к грошовому окладу вузовского преподавателя и бессовестно используя командировки для сбора материалов к докторской диссертации.

Приятель был просто гениальный журналист. Его тогдашние публикации поражали находками определений, аллюзий, образов… Он всегда был "на службе" у очередного олигарха "в фаворе", очередной политической силы. Гениальность свелась к умению уловить "силу" и лихо отстаивать интересы "хозяина". Его "тексты" с середины 90-х годов – стыдоба, от которой, если совесть не потеряна окончательно, невозможно не спиться. Он и спился. На такой службе. Уже давно. Талантливо.

За десятки лет нашего знакомства он единственный раз подрядился подвезти меня и одну из телережиссёрш из Останкино по домам. Ту езду забыть невозможно – без светофоров и притормаживаний. Режиссёрши хватило ненадолго: выскочила у "Рамстора" на Шереметьевской якобы за покупками. Я дотерпел до Тургеневской. И больше к нему в машину ни ногой. А вскоре выяснил, что телезвезда – дальтоник, что не помешало ГИБДД выдать ему водительские права.

Давно сбился со счёта количества его ДТП. Причём практически всегда в пьяном состоянии. Как-то на одной из оживлённых московских площадей въехал в дежурившую машину ГИБДД: пьяный заснул за рулём. Когда гаишники попытались вынести из машины тело звезды федерального телеканала, пинался так, что одному выбил зуб, а другому расквасил нос. О происшествии написали в очень влиятельной газете. И что? А ничего: купил пострадавшему отделу ГИБДД белые "жигули" взамен разбитых. А битые гаишники сообразили (или им очень доступно объяснили), что с нашими звёздами дешевле не связываться.

Обсуждение недавнего ДТП Михаила Ефремова не прекращается ни на ТВ, ни в соцсетях. Кто-то пытается смягчить ефремовскую вину, кто-то готов поставить артиста к стенке. А меня мучит вопрос, как следовало поступить друзьям Ефремова или моего приятеля. Пьянство рано или поздно плохо кончается. И, чтобы предотвратить неизбежную трагедию, необходимо или вылечить алкоголика, или добиться лишения его – для его же блага! – машины, водительских прав. А для этого необходимо долго, а в наших реалиях очень долго, "стучать" на "своего" правоохранителям. А стукачество у нас не в честИ. Вот и я имя приятеля не называю. А – не дай бог! – с ним приключится трагедия, подобная ефремовской, то не смогу не считать себя виноватым.

Тупиковая ситуация. Стучать – мерзость. Смолчать – оказаться в числе соучастников преступления, а то и убийства. И ладно бы была гарантия, что пострадают пьяницы – заслужили. А если пострадает, как обычно бывает, случайный водитель или прохожий? А если ваш родной человек? А если ребёнок?

Мнение автора может не совпадать с мнением редакции.