2 февраля 1940 года "доблестные чекисты" расстреляли одарённого и знаменитого театрального режиссёра Всеволода Мейерхольда. Мой покойный родитель Виктор Ардов был с ним знаком, поскольку в 20-х годах работал в его театре, а после войны написал о нём воспоминания. И я хочу предложить читателям отрывки из этого текста.

"В Мейерхольде всегда жило стремление удивить людей, разыграть, совершить нечто противоположное тому, что от него ждут. Несколько мемуаристов, например, отмечают, что в  подъезде, где жил Мейерхольд, на площадке были рядом две двери. На одной были укреплены табличка с именем Мастера и звонок. Естественно, все обращались лицом к этой двери и нажимали кнопку звонка. Но Мейерхольд появлялся из другой двери и очень радовался, если это поражало посетителя".
"Готовясь поставить "Гамлета", Мейерхольд рассказывал о своих замыслах людям, которым доверял. И однажды заметил  при этом: "Критики придут поглядеть, как Мейерхольд поставил монолог "Быть или не быть?" Будут ждать: "Как? Как? Как?" А я придумал как..." "Как же, Всеволод Эмильевич?" "Вычеркну!"

Или,  обсуждая на репетиции так и неосуществлённый спектакль "Дом, где разбиваются сердца" (пьеса Б. Шоу),  Мастер расфантазировался: "Хорошо бы на сцену поставить живого слона... Мимо проходит, допустим, артистка Демидова, а слон её ласково берёт за ухо..." При этих словах Всеволод Эмильевич  в  действительности дотронулся до уха этой артистки, которая сидела рядом с ним. Раздался общий смех. И, довольный, Мейерхольд заключил: "А  критики потом долго будут разгадывать, что хотел сказать Мейерхольд этим слоном".

Не могу не привести ещё один эпизод, может быть, самый забавный в этом ряду. Летом 22-го года в театре "Кривой Джимми" – был в те дни театр миниатюр с таким названием  – главный режиссёр (он же автор) А. Г. Алексеев дал цикл своих пародий на тему "Как кто поставил бы "Женитьбу" Гоголя". Пародии были удивительно похожи на оригиналы. А  эвентуальную постановку "Женитьбы" Мейерхольдом Алексеев снабдил такой деталью: на сцене без занавеса и без кулис (как оно и в самом деле было тогда у Мейерхольда) вместо мебели стояли две клетки: в одной кудахтали живые куры, а в другой возились и кукарекали изредка петухи. Зрители много смеялись над этой деталью... При  встрече с Мейерхольдом я поведал Мастеру, что вот, мол, в пародии на него выведены на сцене живые птицы. Ответ Мейерхольда был поразительным. "Вот  сволочи, – сказал он, – опередили меня! Я и сам хотел вывести на сцену живых кур..."
Николай Робертович Эрдман, один из любимых Мейерхольдом драматургов, автор пьес "Мандат" и "Самоубийца", рассказывал, как Мастер поучал его необходимости держать в строгом секрете свои творческие замыслы. В пример Всеволод Эмильевич приводил композитора Николая Метнера. Когда Мейерхольд пришёл к нему, чтобы ознакомиться с музыкой, написанной для Мариинского театра, тот сперва  запер дверь на ключ, затем опустил на окнах шторы, потом крадущейся походкой подошёл к роялю и осторожно отпер  ключом крышку над клавиатурой... После чего композитор шёпотом произнёс: "Музыка начинается вот с этой ноты..." Едва слышно прозвучало "ля", и Метнер поспешно закрыл крышку. "Вот так надо беречь творческие тайны", – говорил Эрдману Мейерхольд.

Мнение автора может не совпадать с мнением редакции.