Цитата
Фред Дёрст: «Уэс Борланд – уникальный музыкант!»

Вместе с Фредом Дёрстом репортёр Metro обсудил вклад в творчество группы гитариста Уэса Борланда.

– Уэс – уникальный и очень креативный музыкант, – поделился своим мнением Фред. – Потому-то я и решил его взять в группу, что он уникальный.

Фред, как оказалось, слушает музыку всех проектов, в которых играет или играл Борланд: Black Light Burns, Big Dumb Face, Queen Kwong, From First to Last, The Damning Well.

– Музыка у них совершенно другая! – говорит Дёрст. – Но я ценю, что Уэс стремится самореализоваться, что он творец, художник.

– Участвуешь ли ты в создании его сумасшедших костюмов? – спросил я.

– Нет, я только стараюсь вдохновлять его на креатив. Чтобы он делал, что хотел. Все эти костюмы – только Уэс. Только Уэс придумывает этих персонажей.

– А других из Limp Bizkit он нарядить не пытался?

– Нет, но если ты хочешь, я когда-нибудь наряжусь!

После интервью на одной из столичных радиостанций Фред раздал автографы поклонникам, ждавшим его снаружи, и юркнул в микроавтобус. Здесь, по пути на другое интервью, нам удалось пообщаться со знаменитым музыкантом.

– Тур начинается в октябре. Ты чего так рано приехал?

Фред глянул на переводчицу.

– Мы же женимся, да?

– Точно! – не теряется девушка.

– Да просто приехал, – более-менее серьёзно говорит Дёрст. – С прессой пообщаюсь вот перед туром. Мне здесь нравится!

– Сколько будешь здесь?

– Где-то неделю.

– Когда выйдет новый альбом?

– Это тайна. Даже для меня. Надеюсь, это произойдёт очень скоро. Я ещё не закончил свой вокал. Как всё будет готово – сразу выпустим.

- У вас есть песня Get a Life. Голос какой девушки там слышен? 

– О татуриовке Уэса здесь речи не идёт. Я просто что-то забавное написал и попросил одну девушку это произнести. Потом претворился, что это разговор. Но на самом деле это фейк. Я даже не помню, что там написал.

– Как бы ты описал то, что с тобой происходит на сцене?

– Это очень захватывающе! Я как будто улетаю в другое место. В своём воображении. Я становлюсь другим человеком на сцене. Даже не помню себя на сцене. Я прихожу в себя, когда заканчивается концерт, превращаюсь в того зануду, которого ты видишь перед собой.

– Как думаешь, что люди любят в вашей музыке?

– Меня всегда сбивает это с толку, я не понимаю. Может, какой-то особый дух, который появляется, когда мы собираемся вместе. Не могу даже объяснить... Не знаю, что это, но я часть этого. Я создал этого монстра!

– Ты говорил, что знаешь о проблемах в нашей экономике. Соответственно, в курсе их причин. Думаешь, как все эти политические дрязги влияют на отношения двух наций?

– Я просто счастлив быть здесь. Думаю, если бы у других была возможность побывать в России, познакомиться с вами, то они бы влюбились в вас. Новости врут. Что здесь, что в США. Но я знаю, что политика влияет на экономику, и у вас сейчас непростое время. Я бы вообще хотел играть бесплатно, но, к сожалению, нужно оплачивать аренду, перемещения, команду.

– Ты действительно слушаешь и выбираешь группы разогрева?

– Обычно промоутер делает какие-то предложения. Я смотрю, слушаю и да, даю добро.

Фронтмен Limp Bizkit оставляет своё пожелание читателям Metro

Фронтмен Limp Bizkit оставляет своё пожелание читателям Metro

Василий Кузьмичёнок

Фото:

– Вы поедете в достаточно маленькие, провинциальные города. Понимаю, что у тебя нет особых ожиданий, но ты, например, вообще гуглишь про них что-то?

– Когда мы занимаемся букингом тура, я обсуждаю абсолютно каждый город с промоутерами. Смотрю в Интернете, что там есть, сколько живёт людей, насколько города далеки друг от друга. Конечно, многого я не знаю. Я просто приезжаю и впитываю энергию и вибрации людей. Мне нравится исследовать новые места, знакомиться с людьми и я по-настоящему влюблён в Россию.

– У тебя есть аккаунт «Вконтакте». Часто пользуешься?

– Да, вот сегодня обязательно буду. Мне нравится общаться с русскими. Общаться по-нормальному, понимаешь? Правда, люди по-нормальному ко мне не относятся... Каждый может мне написать, и там скапливается так много сообщений. Сотни, тысячи! Но вы пишите, я вас увижу и отвечу. Социальные медиа – это интересно. Мне особо они не нравятся, но это интересно.

– С течением времени что тебе продолжает нравиться в музыке?

– Сложно объяснить. Это чувство, эмоцианальная связь, реакция на музыку. Я очень впечатлительный, реагирую на то, что слышу, вижу. Музыка – очень важная часть моей жизни. И я люблю и новую музыку, и ту, которую слушал в детстве.

– Расскажи о сотрудничестве с Максом Кавальерой над песней Bleed.

– Росс Робинсон (известный музыкальный продюсер – Прим. Ред.) представил меня Максу. А я был фанатом Sepultura. Росс сказал: «Приходи в студию, Макс хочет записать с тобой песню». Я такой: «Что?». Пришёл, включил микрофон (щёлкает пальцами) и погнал. Было очень круто! И мне до сих пор нравится эта песня.

– Сколько у тебя бейсболок?

– Сейчас только одна. Нужно бы еще подкупить!

– А дома?

– Около десяти. Я не коплю, поношу – потом выкидываю.

– Есть ли какая-то песня, которую ты слушал больше, чем какие-либо другие?

– Хороший вопрос! Думаю, это Suspicious Minds Элвиса Пресли и My Funny Valentine Чета Бейкера. Каждую слушал, наверное, по три миллиона раз.

– У тебя есть мечты, которые связаны с музыкой?

- Никогда! Я мечтаю только о том, что выйду на сцену и сделаю это. Ужасная мечта!

– Какой самый сумасшедший случай был у вас на концерте?

– Худший – девушка погибла на нашем шоу в Австралии. Охрана площадки была плохой, шёл большой фестиваль. С того концерта мы используем другую охрану. Навсегда.

А забавные штуки происходят постоянно, каждый концерт. Мы уже столько их сыграли и каждый раз по-новому!

– Как вы выбираете песни, которые будете играть? Это стандартный набор или импровизация?

– Я меняю их каждую ночь!

– Как думаешь, как твоя группа войдёт в историю рок-музыки?

– Не думаю, что у нас это получится.

– Почему нет?

– Я знаю точно только одно – твою башню мы точно снесём на концерте. За это я могу ручаться!

– Ест такой стереотип о Limp Bizkit, что эта группа как бы не из обоймы «настоящего рока». Вот Metallica, Kiss, AC/DC – это да. А у вас там рэп, это для подростков из 90-х.

– А что вообще такое настоящий рок? Знаешь, мне насрать, кто, что там говорит. Вот лучший способ жить. Важно, что говорит сердце и твоя совесть. Мы стараемся делать то, что честно. Собираемся вместе как группа, генерируем звук, это и есть Limp Bizkit.

– Как вы готовитесь к туру?

– Я просто сажусь и составляю сет-лист. Никаких репетиций. Мы стараемся быть живыми и спонтанными. Выхожу на сцену, говорю: “Рад видеть тебя, Уэс”, “Рад видеть тебя, Джон”. Это правда!

– Смотрю, ты устал от моих вопросов.

– Нет, не устал. Крутой у тебя стиль, кстати! Очки, майка эта…

На мне была футболка с изображением обложки альбома группы Guns N'Roses «Appetite for Destruction».

– Тебе вроде Guns N'Roses тоже нравится.

– Да, они крутые. Ты знаешь, что они объединяются? Я их снова собрал!

– А что ты для этого сделал?

– Я позвонил Экслу (Эксл Роуз, фронтмен Guns N'Roses – Прим. Ред.) и сказал «Почему бы тебе не позвонить Слэшу (гитарист группы – Прим. Ред.)?».

– Ты просто так можешь звонить Экслу?

– Да.

– Вы друзья?

– Да он не знает меня. Шучу. Они собираются и едут в тур, но я тут ни при чём.

– В тур? Да не, ты шутишь!

– Да, в тур. Слыш и Эксл, почитай в новостях.

– Я видел, что ты сказал это в новостях.

– Нет-нет, сначала были сообщения о том, что они едут в тур, а потом, что я сказал, что это моя заслуга. Ты тоже так и напиши!