Ваддах Ал-Джунди
зампред Общества граждан сирийского происхождения
У меня в Сирии осталось много родственников. Если возникнет совсем критическая ситуация, я сделаю им вызов – и они приедут ко мне в Петербург. Но пока они не хотят уезжать.

Ситуация обостряется с каждым днём. В крупных городах ещё более-менее, а многие деревни захватили террористические группировки ИГИЛ. Каждый спасается как может. 1,5 млн человек уехали в Ливан, многие сейчас в Турции, тысячи нелегально добираются в Европу. Большинство по морю – через Грецию, Македонию – пытаются попасть в Австрию и Германию.

  За последние два месяца погибли тысячи беженцев: в Средиземном море переворачивались суда, мои соотечественники задыхались в грузовиках. Недавно было опубликовано фото утонувшего сирийского мальчика. Этот снимок  произвёл на европейцев сильное впечатление, они поменяли своё отношение к беженцам из Сирии. Надеемся, что своё мнение изменят не только обычные европейцы, но и руководители стран. Нас не надо бояться. Сирийцы не живут анклавами. Мои земляки прекрасно адаптируются и служат стране, в которую приехали. Они ассимилируются, создают интернациональные семьи. Например, у 80 процентов сирийцев, живущих в Петербурге, – русские жёны. И у меня в том числе.

Махаммад Ибрахим
предприниматель

Мои два брата – врачи, работают в палаточных городках беженцев. Созданы они для тех сирийцев, которые в результате бомбёжек потеряли свои дома. Я предлагал родным уехать, но они не хотят оставлять родину.

Махаммад Ибрахим

Махаммад Ибрахим

Беженцы, которые пытаются попасть в Европу, делятся на несколько категорий. Одни потеряли всё и любыми путями хотят покинуть страну, где идет гражданская война. Им просто нечего терять. Другие, пользуясь ситуацией, хотят перебраться в Европу в поисках лучшей жизни. Я не осуждаю тех, кто уезжает. Но осуждаю лидеров тех стран, которые развязали эту войну, и тех, кому она выгодна.

Давид Жуни
бизнесмен

У меня в Петербурге гостят родители. Но оставаться здесь они не собираются, хотят вернуться на родину. Никто из моих родственников не покидает Сирию. Люди бегут не от хорошей жизни. На мой взгляд, есть два способа помощи. Моментальный – дать временное пристанище, обеспечить гуманитарной помощью, глобальный – остановить поток оружия и террористов. Большинство членов ИГИЛ – не сирийцы, а граждане других государств. Они переправляются к нам из соседних стран, пытаются навязать чуждый Сирии ваххабизм. В Сирии всегда уживались мусульмане, христиане и иудеи. Кто-то пытается разрушить этот мир.

Давид Жуни

Давид Жуни

Сирийский кризис продолжается с марта 2011 года. Он начался с антиправительственных восстаний в нескольких городах страны и перерос в вооружённые столкновения.

•    Цифры. В апреле 2015-го сообщалось о 411 тыс. погибших в ходе конфликта. В июле 2015-го ООН объявила, что количество беженцев из Сирии с 2011 года составило более 4 млн человек.

•    Беженцы в Сирии. В середине XIX века сюда ехали черкесы с Северного Кавказа. В 1914 году Сирия стала «приёмной» родиной для нескольких десятков тысяч армян. В конце сороковых сюда перебрались палестинцы.

«Сирийцы не понимают, почему сейчас, когда им нужна помощь, их не хотят принимать во многих странах мира», – говорит Ваддах Ал-Джунди, заместитель председателя Общества граждан сирийского происхождения.

•    Некоторые страны увеличили квоты для сирийских беженцев. Великобритания – до 15 тыс.; США – до 8 тыс. Президент Еврокомиссии Жан-Клод Юнкер призвал государства ЕС принять 160 тыс. мигрантов.