Metro-тест
Насколько хорошо Лёва и Шура знают друг друга? Мы задали музыкантам по три нехитрых вопроса. (Правильные варианты читайте в скобках)

• Какой напиток Лёва больше всего любит? Ш: Чай с молоком. (Л: Чай. А что Шура сказал? Чай с молоком? Да, так я тоже люблю).

• Что стоит у Лёвы звонком на телефоне? Ш: Раньше всякие разные группы были. Сейчас просто звонок айфоновский. (Л: Обычный звонок).

• Какое прозвище было у Лёвы в юношеские годы?. Ш: Я с ним познакомился, когда он уже был Лёвой. Он сам себя так назвал. Настоящее имя его Егор. (Л: Так и есть). (Раньше Лёва рассказывал, что однажды папа купил ему львиный клык, который он носил на шнурке. Ребята стали называть его Лев, ему очень понравилось имя. – Прим. ред.).

• Любимое блюдо Шуры? Л: А напитки подходят? Кофе – его любимый напиток, а в еде у него постоянно меняются предпочтения. (Ш: Всё, что моя жена готовит).

• Музыкальный кумир Шуры? Л: Боюсь ошибиться. А вообще, у нас нет кумиров. Я думаю, он и вам ответил, что кумиры для нас уже не актуальны. Они остались на стенах в наших детских квартирах. (Ш: Ну, много всего. Ну, к примеру, нравится группа The Police).

• От какого дела Шура никогда не откажется? Л: От работы, от нашей концертной деятельности, если, конечно, концерты не каждый день. (Ш: Не откажусь играть концерт. Мы это очень любим делать).

Что значит «#16плюс»? Детям ваш альбом слушать нельзя?
Лёва: Всё очень просто: 16 песен, плюс какие-то бонусы.

В песне «#16плюс» есть строчка «Так просто стать взрослым». Как вам кажется, сейчас молодёжь быстрее взрослеет?
Шура: Процесс взросления, конечно, ускорился. Это связано с быстрым Интернетом. Сейчас огромное количество информации, другой вопрос – её качество. Интернет – огромный мир, в котором найти что-то стоящее очень сложно. Мои 16+ были в конце 80-х, и если говорить о музыке, то тогда выход альбомов таких групп, как Tears for Fears, Depeche Mode или The Cure, был событием огромным, на полгода или на год. Сейчас и музыки, и информации больше. Это не плохо, это по-другому.

А что для вас означает слово «взрослый»?
Л: Если у вас существует уже какая-то точка зрения, то вы можете считать себя взрослым. Быть взрослым не очень интересно, скажу вам честно. Это влечёт за собой огромную ответственность за детей, за друзей. И, конечно, находишься в напряжении. Поэтому прощаться с детством не хочется до сих пор. На самом деле мы в чём-то остались детьми, которые когда-то придумали для себя идею – создать группу, стать популярными и нравиться девчонкам. Мы, наверное, пытаемся это ощущение детской чистоты сохранить. И в этой пластинке тоже.

Вы помните себя в 16 лет. Что вас тогда интересовало?
Ш: Я играл на гитаре, меня интересовали девушки, рок-н-ролл. Учёба меньше всего интересовала, но я учился.

А есть что-то, что вы хотели бы изменить? Посоветовать себе 16-летнему?
Л: Я научен опытом, что история не знает сослагательного наклонения. Поэтому даже голову не хочу забивать. Всё происходит так, как происходит, и надо просто научиться где-то себя прощать, научиться любить себя.

Запреты на мат, сцены курения и так далее вы одобряете?
Ш: Я думаю, что можно ставить маркировку 21+ и тогда мат можно не запрещать. Потому что в некоторых произведениях этому есть оправдание.

А вы как-то ограничиваете своих детей в Интернете, следите за тем, что они смотрят, читают?
Ш: Ну, мои (у Шуры и его супруги есть 4-летняя дочь Ева и 2-летний сын Оливер. – Прим.ред.) пока только смотрят мультики преимущественно на английском языке.

На английском?
Ш: Да, они говорят на двух языках.

В песне «Хипстер» вы иронично высмеиваете эту субкультуру...
Л: Надо сразу оговориться: на месте хипстеров в этой песне могла быть любая субкультура. Никаких конкретных конфликтов с субкультурой хипстеров у нас нет. (Смеётся.) Это взято с неба, наугад.

А сами вы пользуетесь гаджетами, «Инстаграмом», делаете селфи?
Ш: У меня личных соцсетей нет, ни «Инстаграма», ни «Фейсбука», ни «ВКонтакте». У группы это всё есть, но я стараюсь общаться напрямую, вживую.

Л: В современном мире без гаджетов никуда. Ты пользуешься благами современной цивилизации, хочешь или нет. Могу сказать, что «Инстаграм» мимо меня не прошёл. Соцсети я веду миролюбиво, без перепостов гневных посланий.

А как вы реагируете на критику?
Л: Если критика не конструктивная, то любой человек будет расстраиваться. Я вообще люблю, когда меня хвалят. (Смеётся.) Но я для этого прилагаю усилия. Ведь приятнее вдвойне, когда тебя хвалят за то, что ты заслужил.

В Сети активно обсуждают вашу песню и клип «Забрали в армию». А что вы сами можете сказать об этой композиции?
Ш: Тут нечего комментировать. Это антивоенная песня, она о любой войне.

Один из ваших поклонников – Герман Москвитин в составе Российской антарктической экспедиции недавно покорил горную вершину в Антарктике и назвал её в честь «Би-2»...
Ш: Для нас это было приятным сюрпризом. С этим парнем мы познакомились несколько лет назад в Риге, он пришёл к нам на концерт. Герман – полярник с опытом. В прошлом году он доставил наш диск в одно из самых труднодоступных и самых холодных (минус 80 градусов – норма!) мест на планете – на станцию «Восток». Теперь вот назвал гору. Он же теперь через Географическое общество добивается, чтобы на картах появился пик «Би-2» с точными координатами.

Л: Мы думали даже подъехать туда и сыграть концерт, но, как вы понимаете, это достаточно тяжело сделать, потому что туда только добираться неделю. А в нашем графике найти лишние три недели тяжело. К тому же чтобы потом провести их среди пингвинов, в снегу.

А в каком самом неожиданном месте вам самим доводилось побывать?
Л: У нас широкая география. К примеру, были в Австралии. Для кого-то это, может, экзотическое место, но мы там долго прожили, Шурик так вообще лет 7 жил. Поэтому для нас уже привычное место. Вообще, сейчас уже пропала истерика по поводу исследования необычных мест, теперь стараемся приезжать в знакомые места, где нам хорошо.

Во время своего тура вы посетите много российских городов, а ещё выступите в Нюрнберге, Праге. Как вам гастролируется за границей?
Л: По уровню организации российские гастроли сейчас намного профессиональнее, чем поездки за границу. Когда-то было интересно ездить, смотреть страны, сейчас, когда мир открыт, мне больше нравится выступать в России, а за границу – ездить погулять, сходить в музей.