Он был весьма успешен и знаменит, получил два ордена Ленина и четыре Сталинские премии. Но при этом он был человеком добрым и отзывчивым, кроме того, обладал и гражданским мужеством. В своё время Маршак гласно протестовал против преследований Александра Солженицына и Иосифа Бродского.

Выступал он в самых разных жанрах: писал пьесы, сказки и стихи для детей, много переводил с английского... В 30-х годах он возглавлял ленинградскую редакцию Детгиза, и его большой заслугой является то, что он покровительствовал замечательным поэтам – Александру Введенскому, Даниилу Хармсу и Николаю Олейникову.

Я абсолютно убеждён, что в те времена именно Маршак был самым лучшим детским поэтом. Я до сих пор помню многие его стихи – «Собирались лодыри на урок», «Дама сдавала в багаж», «Детки в клетке», «Где обедал воробей», «Дом, который построил Джек»...

Иногда мне приходилось с ним общаться, поскольку он был другом Анны Ахматовой, она бывала у него в гостях, и он приходил к нам на Ордынку.

Один лишь раз я слышал из её уст неодобрительный отзыв о Самуиле Яковлевиче. Это было в самом начале 60-х годов, незадолго до его смерти. Я помню, как вошёл в его кабинет. У него в гостях была Ахматова, и я прибыл, чтобы отвезти её домой, на Ордынку. Когда я вошёл, Маршак что-то рассказывал Анне Андреевне. Я слышу его слова: «Он воевал во французских войсках в Первую и во Вторую мировую войну и очень отличился. Получил дворянство и стал генералом...»

Как я впоследствии понял, речь шла о Зиновии Моисеевиче Пешкове – родном брате Я. М. Свердлова и крестнике М. Горького. Увидев меня, Ахматова поднялась, и Маршак проводил нас до прихожей. Когда мы вышли на лестницу, Анна Андреевна пожала плечами и сказала: «Совершенно выжил из ума. Как можно получить дворянство в республике?»

А ещё я запомнил такую шутку. У Маршака был младший брат – Илья Яковлевич, он тоже был литератором, печатался под псевдонимом М. Ильин. Как помним, у Пушкина в «Борисе Годунове» есть такая строчка: «Зять палача и сам в душе палач...» Так вот Борис Житков называл Ильина: «Брат Маршака и сам в душе Маршак».

А вот эпиграмма на Самуила Яковлевича, который, как помним, был автором известных детских стихов «Жил человек рассеянный на улице Бассейной...»:

Уезжая на вокзал,
Он Чуковского лобзал.
А приехав на вокзал,
«Чуковский сволочь», –
он сказал.
Вот какой рассеянный
С улицы Бассейной.
Маршак много лет занимался переводами из Роберта Бёрнса. И вот кто-то сочинил такое подражание стихам шотландского поэта:
При всём притом,
При всём притом,
При всём притом,
При этом,
Маршак остался
Маршаком,
А Роберт Бёрнс – поэтом.

И ещё одно воспоминание. Он приехал в гости к Ахматовой, и она попросила меня его встретить. Я вышел во двор, увидел его машину, отворил дверцу и помог Самуилу Яковлевичу выйти из автомобиля. Я вёл его под руку к нашему подъезду, и тут он прочёл мне свой стишок под названием «Эпитафия шофёру»:

Бедный малый
в больничном бараке
Отдал душу смиренную
Богу:
Он смотрел на дорожные
знаки
И совсем не смотрел
на дорогу.

Мнение автора может не совпадать с мнением редакции.