Социальные сети не зря так называются. Они раскинуты в реке нашей жизни широко, мимо не проплывёшь. Ячеек много, все разного размера, под разные головы. Молодёжь и мелюзга попадаются во «ВКонтакте», головастики – в «Фейсбуке», замшелые сомы надёжно схвачены капроновыми «Одноклассниками». Так что почти все мы уже давно жабрами в сетях этих застряли, свыклись и теперь можем только беспомощно шевелить плавниками.

Современный человек в соцсетях проводит ежедневно не меньше часа. Как? Смотрит, чем друзья похвастаются, просит у них похвалы за свои приключения, слушает бесплатно музыку и смотрит кино, делится мыслями и спорит. Каждому дело найдётся.

При этом сидение в сетях считается занятием как бы несколько сомнительным. Государство на них смотрит со сталинским прищуром, не шибко-то им доверяя (в особенности тем, которые гнездятся на прогнившем Западе), депутаты и общественные деятели выискивают в них порно, политтехнологи создают целые зверофермы, на которых разводят специально обу­ченных боевых хомяков, чтобы бросать их в интернет-сражения за правое дело. Всё-то они видят в сетях преимущественно угрозу.

А на самом-то деле для Государства Российского социалки – это, скорее, те сети, которыми склоны укрепляют, чтобы те не крошились и не оползали. Для сохранения территориальной целостности нашей страны они делают сегодня гораздо больше, чем власти и чем спецслужбы. Их эффект сопоставим только с влиянием телевидения, но действует по-другому.

Россия – большая страна. Самая большая в мире. И население в ней разношёрстное. Многонациональное, многокультурное. Есть бедные регионы, есть богатые. От Москвы до Владивостока – полмира проехать надо. И государство, ясное дело, очень заботится о том, как нашу территориальную целостность непрестанно крепить и усиливать.

Понимаете вы это или нет, но именно презренный телик создаёт у вас ощущение общности с жителями всех прочих российских регионов. Прилетаете вы в командировку во Владивосток, например, или в Казань – а там люди смотрят того же Малахова и те же «Ментовские войны», те же новости глядят. Герои у всей страны одни, переживания одни, язык один. Благодаря Малахову и сериальным картонным актёрам мы на всей нашей огромной территории единым народом себя чувствуем. Именно в этом настоящая важность телевидения. А не в том, чтобы нам через говорящие головы объяснять, кто в мире хороший, а кто плохой. Но телевизор нам только единую прошивку устанавливает. Наше мнение его не интересует.

А вот соцсети нам дали другое. Они иначе устроены. В них люди сами себя организуют и развлекают. Создают клубы по интересам и общаются в них на те темы, которые их самих волнуют, а не те, которые тревожат государство. И вот что главное: в социальных сетях мы впервые получили возможность ежедневно и постоянно общаться с согражданами из других регионов. Напишу вот я, например, о чём‑нибудь – и тут же отвечают мне: один из Питера, другой из Екатеринбурга, третий из Махачкалы. Потом друг с другом в комментариях начинают общаться. Говорят – и сближаются. Забывают о том, какие там между их регионами отличия. Поспорят – сойдутся на чём-нибудь; почувствуют, что общего у них всё равно больше, чем разного. Поймут, что Россия вся одинаковая, Сыктывкар там или Калининград.
Единство – это ведь не то, что на бумаге, и не то, что на телеэкране. Единство –
у людей в головах. А «общение» – недаром обратное слово от «разобщённости».

Мнение автора может не совпадать с мнением редакции.