В "застойные" годы был популярен анекдот: "Оптимисты изучают английский язык, пессимисты - китайский, а реалисты - автомат Калашникова".
С "калашами", знамо дело, у нас в стране дефицита не было. Вот только изучение "материальной части" как-то не заладилось: от армии косили кто как мог. Так потихоньку и развалили СССР - никакие "калашниковы" не помогли.
Тут-то Ельцин напомнил нам, что мы - народ-оптимист. И все принялись учить английский. Некоторые в этом деле очень даже преуспели - либералов развелось! Правда, друг мой давний Миша Леонтьев - это который с Первого канала, а тогда демократ и правозащитник - приметил, что "либералы наши - те же коммуняки, только англо-язычные". В итоге от аглицкого усвоили мы прочно одно слово - дефолт.
Cтали вспоминать русский. В питерском понимании. Это когда подъезд - парадная, бордюр - поребрик, хлеб - булка, а министр финансов - Алексей Кудрин. Ну, поребрик так поребрик. Но зажили! Нефть - тоннами, деньги - бочками, кредиты - пачками, квартиры, машины, долги...
Но не идет нам ученье впрок! Нельзя у нас на Руси расслабляться! Один Кудрин бдил, копил на черный день доллары в кубышку. Остатки москвичей в администрации президента, в правительстве ором орали, что кудринская "подушка безопасности" - это средства, выведенные из экономики России и вложенные в пузыри американского фондового рынка.
Не может валюта - ни одна! - быть подушкой безопасности. Единственная страховка для любой страны и ее экономики - диверсифицированное, то бишь многоотраслевое производство.
А деньги - это бумажки. Особенно если печатный станок иностранному эмиссионному центру принадлежит. Тем более вашинг-тонскому.
Слушал Кудрин, слушал. А накануне на Петербургском экономическом форуме взял и просветил всех: рубли-доллары, мол, макулатура. А резервной валютой надо сделать китайский юань.
Потому что обеспечен диверсифицированным производством. И печатается в Пекине. А китайский мы быстро выучим: мы ведь теперь народ-полиглот.